– Какие цветочки? – пробормотал Маркиз, тряся головой, чтобы прийти в себя и осознать, на каком свете он находится. – Дед, объясни мне…

– Некогда, некогда! – замахал на него старичок. – Поезжай скорее свою подружку спасать! А то как бы поздно не было!

– Да что же это, – начал Маркиз, но непонятная сила уже вела его к машине.

Он сел за руль, выжал сцепление и помчался в сторону Охтинского моста, благо до него было совсем недалеко. По дороге он пытался понять, что, собственно, с ним происходит, почему он едет неизвестно куда? На что он рассчитывает? Неужели он действительно поверил какому-то полусумасшедшему старику?

Однако продолжал послушно двигаться в указанном стариком направлении."

"Когда впереди уже замаячили высокие переплеты моста, Леня заметил немного в стороне, почти на самой набережной, кирпичную заводскую стену, из-за которой выглядывали две высокие трубы. Точно такие же, как те, которые он видел в стеклянном шаре. Леня проехал немного вдоль стены и затормозил около ржавой железной калитки. Выбрался из машины, подергал ручку. Она не поддавалась, но Леня был профессионалом, и открыть такой замок не представляло для него особого труда. Через минуту он уже был на пыльном, безлюдном, заросшем крапивой и бурьяном заводском дворе.

– Вот, – проговорил он, обращаясь к самому себе. – Я приехал, и что дальше? Как мне тут искать Лолку? Здесь можно спрятать симфонический оркестр в полном составе, и никто его не найдет. А особенно трудно искать черную кошку в темной комнате, если этой кошки там вообще нет!

Он без всякой надежды огляделся по сторонам.

И вдруг заметил одну странность.

Покрывавшая заводской двор чахлая растительность доживала последние дни, увядала в ожидании наступающих холодов. И вдруг среди этих блеклых, выцветших зарослей ярким пятном выделился густой куст чертополоха, покрытый свежими цветами.

– Что там говорил старик про цветочки? – пробормотал Маркиз, направляясь к пышно цветущему кусту.

Он понимал, как глупо себя ведет, но тем не менее быстро шел вперед, вспоминая все, о чем говорил старик.

Приблизившись к кусту чертополоха, он снова огляделся и увидел немного дальше оранжевое пятно – несколько ярких цветков календулы, или, проще говоря, ноготков. Ускорив шаг, он направился к этим цветам, а от них – к мелким сиреневым хризантемам, дальше – к кустику розовых астр. И вдруг увидел прямо перед собой оконный проем без стекол.

Не раздумывая, Леня вскарабкался на подоконник и спрыгнул на грязный бетонный пол.

Он оказался в огромном пустом помещении заброшенного заводского цеха. Тут и там виднелись какие-то чаны и бочки, неподвижные ленты транспортеров, заржавленные рельсы для внутрицеховых вагонеток.