Увели его, а меня стали бить и запугивать, что вообще убьют, если не скажу, где деньги. А что я могу сказать, если ничего не знаю?

Алина замолчала и обхватила себя за плечи, чтобы удержать дрожь. Леня подал ей еще одну сигарету.

– В общем, когда они отвлеклись ненадолго, я поняла, что бежать нужно. Схватила денег сколько было и паспорт – и к родителям, там затаилась. Пошли мы с мамой к знакомой паспортистке, подарила я ей кофточку фирменную, почти новую, сказала, что паспорт потеряла. Она мне и выписала новый, на прежнюю фамилию, стала я снова незамужней девицей.

Через какое-то время приезжал ко мне человек один, сказал, что муж мой, Валерий Кристенко, сидит в тюрьме. Не то его кто-то подставил, не то сам он сел за кого-то, я уж не вникала. Того типа скорее спровадила и решила, что настала пора новую жизнь начинать. Приехала в Петербург, устроилась на работу секретаршей в одну фирму. Там мы с Олегом и познакомились.

– Понятно, – протянул Маркиз. – Стало быть, вы ему ничего не сказали, вышли замуж по новому паспорту и забыли о прежней жизни.

– А что мне было делать? – вскричала Алина.

 – Твердить как попугай на всех углах, что мой муж – бандит и убийца? Да от меня любой нормальный человек шарахнулся бы!"

"– Ладно, – Маркиз решительно тряхнул головой, – теперь слушайте меня. Значит, ваш первый муж отсидел свое, а потом разбогател. Или там разбогател, на зоне. Не зря искали у него какие-то деньги. Короче, как я понимаю, деньги эти он легализовал и стал, если можно так выразиться, примерным членом общества. Не знаю, отчего он умер, но на всякий случай примите соболезнования.

– Вы издеваетесь? – вскипела Алина.

 – Какое я к нему имею отношение?

– Да самое прямое! Потому что если раньше, при живом втором вашем муже, Олеге Дятлове, вы могли считаться двоемужницей, то теперь, после его смерти, у вас только один муж, первый. То есть его тоже нет, стало быть вы – дважды вдова, а это законом не карается. Знаете, есть такая пьеса у Толстого, «Живой труп» называется, так там прямо про вас!

– Какой живой труп? Какой Толстой? – оторопела Алина.

– Лев Николаевич, – любезно подсказал Леня. – Короче, дорогая моя, ваши неприятности начались с того, что первый муж оставил все свои деньги именно вам.

– Мне? – удивилась Алина. – Но почему?

– Вам лучше знать. Может быть, он вас сильно любил, может быть, чувствовал за собой какую-то вину, а скорее всего, ему просто некому больше было их оставить. Кстати, вы не знаете такого – Рудольфа Андреевича? Такой полный бритый мужчина…

– Никогда не видела, – Алина пожала плечами.

– Это хорошо, значит, он тоже вас никогда не видел. Это облегчает мне задачу.

– И много денег я получу?

– Много, – Маркиз помедлил.