И Рите впервые было приятно смотреть на мужчину и вспоминать его горячие ласки, обжигающие поцелуи, пылкие прикосновения и страстные объятия. Наконец, проснулся и Игорь.

– Ритуля, доброе утро, – потянувшись сказал он, так искренне и по-доброму.

– Прекрасно, – потянулась Рита.

– Нет, это просто безобразие! – несколько ошарашил Риту Игорь, – Нет, ты хоть понимаешь, что нельзя быть такой красивой, а тем более по утрам! Что желает самая красивая девушка на завтрак? – привстав с кровати поинтересовался Лунев.

– Пару минут, и ваше желание исполнено, – пообещал он и удалился на кухню.

Пока Игорь колдовал на кухне, желая все же кроме кофе чем-то порадовать девушку, хотя бы тостами с джемом, Рита блаженно кувыркалась в кровати.

«Вот она – свобода! – восторгалась девушка, накрыв себя с головой мягким одеялом, – Это бесподобно! Как же я счастлива! Наконец-то!»

Возле постели послышались шаги, и Рита поспешила вытащить голову из-под одеяла, чтобы принять долгожданный утренний кофе из рук своего героя. Но стоило ей выглянуть, как ее блаженная улыбка тут же спала с лица. Перед ней стоял Молотов с огромным букетом цветов.

– Какого черта ты здесь делаешь?! – тут же подскочила на кровати Рита.

– Что значит, «какого черта»? Вчера не смог, сегодня приехал, – не понимая нападок, отвечал как есть Роман.

– Молотов, не делай из меня дуру! Тебя не должно здесь быть!

– Ритуля, а вот и кофе, – глядя под ноги, радостно сообщил Игорь, но увидев Романа, замер на месте.

– Что это такое?! – вмиг покраснев, рассвирепел Молотов, швырнув в Риту букет алых роз, – Как это понимать?! Как ты могла мне изменить?! И с кем? С Луневым?!

– Закрой рот! – резко оборвала его крик Рита.

– Что? – не веря, что у Риты хватает наглости так с ним разговаривать, изумился Роман.

– Что слышал! Взял свой веник и пошел вон! – кричала она, швырнув букет в своего изначального владельца.

– Ты что совсем нюх потеряла?! Ты – моя! – твердил в ответ Роман.

– Я уже девять часов как не твоя! Сегодня двадцать восьмое июля. Срок годности нашей любви истек! – подметила Рита, и по лицу Молотова стало видно, что он никак не ожидал такого поворота.

Во-первых, он не помнил, что действие контракта и вправду истекло, а во-вторых, был уверен, что и Рита об этом не помнит, и уж тем более, он не мог подумать, что в первую же ночь, она приведет в дом другого!

– Молот, не стой как вкопанный, не зыркай своими дьявольскими глазами, мы – чужие люди.

Ты мне – никто! Никто! Не хочу больше ни одной секунды тебя видеть! Пошел вон! – холодно и цинично высказалась Рита и указала Молотову рукой на дверь, в то время, как второй придерживала одеяло на своем обнаженном теле.