Злобин расплылся в улыбке:

— И не только, здесь и пиво великолепное. Кстати, рекомендую. Качество лично гарантирую.

Он кивнул на логотип кооператива:

— Только не злоупотребляй, это знаешь ли вредит делу, — сказав это, граф принялся стягивать родовой перстень с пальца.

Я вопросительно посмотрел на него.

— Я нечасто появляюсь на людях, — улыбнулся он, — мало кто знает, как я выгляжу на самом деле.

— И всё же, для чего мы здесь, — спросил я.

— Скоро всё увидишь, — улыбнулся он, и вдруг по старчески съёжился, став напоминать старика. Точно так же как во время сегодняшнего спарринга.

Интересно, что-то на этот раз задумал?

Ворота открылись, а наш автомобиль въехал на парковку и остановился у чёрного полированного внедорожника.

Будто по команде, задняя дверь внедорожника распахнулась и оттуда вышел невысокий мужчина с потертым кожаным портфелем.

Увидев появившегося из автомобиля Злобина, мужчина расцвёл в радостной улыбке. Вполне можно было бы заподозрить искренность, если бы не холодные цепкие глаза. Хотя и Злобин был ему подстать.

— Познакомься, Константин, — произнёс граф, стоило мне появиться рядом с ним.

— Это Лаврентий Петрович — блестящий нотариус и мой хороший друг. Способен заключать сложнейшие сделки почти моментально, обладает прямо таки сверхъестественным чутьём на подводные камни, при чем, в любых сделках, — последнее он явно выделил.

Мужчина поправил очки, словно пытаясь спрятаться за этим нервным жестом, и улыбнулся мне своей, уверен, фирменной, искусственной улыбкой.

— Вы, как я полагаю, будущий член семейства Пылаевых, — заключил он. — Рад знакомству.

Что ж, интересное место для встречи с нотариусом, но хлебозавод, так хлебозавод.

— Что ж, прошу за мной, нас уже ждут, — произнёс Злобин.

Директор завода встретил нас в дверях своего кабинета.

— Здравствуйте, Фёдор Павлович, — кивнул ему Злобин.

— Роман Михайлович, дорогой, вы бы предупредили, я бы вас у ворот встретил, — причитал грузный мужчина с залысинами и цепким взглядом хозяйственника. Выглядел непривычно встревоженным.

— Это было бы точно излишним, мой друг, успокоил его Злобин, ты лучше скажи, объявлялись наши товарищи?

— Да-да, уже звонили, скоро будут! — Суетливо закивал мужчина.

— Вы проходите в кабинет, я сейчас чай организую…

В просторном зале заседаний царила деловая атмосфера. Длинный стол красного дерева, кожаные кресла, репродукции картин на стенах — типичный антураж кабинета важного человека. Я расположился чуть поодаль от Злобина, наблюдая, как нотариус раскладывает на столе свои бумаги.

Злобин сидел скрючившись, и старательно изображая безобидность глядел перед собой, сложив сцепленные руки на коленях.