— Максимка, ты? — Раненная в живот Белка тяжело дышала. На полу россыпь из гильз: отважно держала оборону.

Скверно, если судить по цвету крови.

— Меня со спины полоснуло. Сначала взрыв, а потом…

Глянул на прореху рядом, тучу битого стекла на полу: сюда ударили ракетой.

— Молчи, — велел ей. Девчонке повезло меньше рушинника — говорила отрывисто, чуть дыша. Меня видела, но считала видением.

— Максимка… у нас ведь будут дети? А мой ИИ-ассистент говорит — уже не смогу. После ранения. Будут?

— Молчи, — вновь велел ей, расстегивая рубаху. Себе и ей.

Сегодня она без лифчика, кожа покрылась мурашками. Торчком стояли напряженные соски.

Треск ткани был почти не слышен: чуть приподнял рыжеволосую воительницу, перевязал.

— Наши где, не знаешь?

Вместо ответа слабо подняла руку, указала пальцем. Редкие выстрелы локальной перестрелки касались слуха.

Разрыв тяжко ударил по ушам, заставил пригнуться. Брызнуло осколками по спине.

Быстро адаптировался: взрыв не рядом, снаружи. Привстал, глянув в остатки окна — так оно и было.

Вертолет рушинников, получив снаряд под хвост, закружился, теряя высоту.

Его хорошо подловили — второй снаряд ухнул у самого винта, лопнули лопасти. Боевая машина падала в котлован готовящегося к постройке жилого комплекса.

Все лучше, чем на жилые дома…

— Побудь тут. Я приведу помощь. — Бросать ее вот так было плохо, но выбора не было. Чем быстрее найду Владу или хоть что-то похожее на аптечку, тем больше шансов у Белки выжить.

Она по-детски улыбалась и тянула ко мне руки. Перед глазами возник образ одной из Восьми — как же она похожа на…

Думать не стал. Злость застила глаза: и я дал ей выход сразу же, почти в следующей комнате.

— Мяу! — Кошка вопила, моля о помощи. Узнал в крике Инну, метнулся ей на спасение.

Трое рушинников зараз. Обходили плитку стола. Пожар нещадно грыз бумаги документации. То, во что Бейка вложила кредитные деньги, лежало в руинах. Реактивационные камеры разбиты.

Один из террористов обернулся: почти чувствовал, как вокруг меня кружит его ИИ-ассистент. Плохо подготовленные, не умеющие работать в связке ребята: дурак не скинул результаты разведки остальным.

Сглупил он, поплатятся все. Ствол «Тартарина» коснулся его виска: бедолага не успел обернуться. Товарищи разворачивались медленно, словно сонные мухи: срезал одного из них очередью.

Последний оказался до ужасного проворен — метнулся в сторону, перекатился за стол. Его это не спасло: через миг услышал отчаянный вопль. Смотреть, что приключилось с бедолагой, не хотелось, но я осмелился.

— Господин! — Благо вовремя узнал в чумазой, грязной фигуре Инну, не стал стрелять. Бросилась мне на шею, радостно замяукала. Огнем горели кошачьи глаза.