Недавний молчун обратился в болтуна — стараниями Айки или издевательства ради, мне было неважно.

— В Российской Империи политический переворот. Военным путем. Столица стонет, сотрясаемая танками — нашими танками! Пока вы подсовывали нам эту говорящую куклу, — он кивнул на Кьярру, — мы тоже не сидели без дела!

Вербицкий, чтоб его костям пусто было! Меня трясло от бессильной злобы. Пока я здесь играл в дипломата, родной дом остался без защиты. Сарказм поддакивал — конечно, окажись младший лейтенант Потапов в Москве, так ничего бы и не случилось. Убоялись-устрашились…

Как разведка могла такое прозевать? Если, конечно, сама не была в сговоре…

Здесь было не лучше: я оказался в центре чужой мне гражданской войны. От досады хотелось грызть локти. Решил, что займусь этим в следующей жизни.

Проник в наши покои — забрав «Арес», почувствовал себя гораздо лучше. Пара оставшихся боевиков Равиззо никуда не бежали: обыскивали невесть зачем наши комнаты.

Спрашивать не стал и пристрелил на месте.

Спустился, сразу же услышал хорошие новости: Кьярре удалось связаться с оставшимися ей верными войсками. «Шмель», круживший в воздухе, был на нашей стороне. Теперь понятно, почему не стрелял: ему достаточно было опустошить половину боезапаса, чтобы похоронить нас заживо.

Царенат трепетал, общество в смятении — мятежная аристократия начала грызться меж собой против новой образовавшейся власти. Бывшие правители вопреки воле народа стремились вновь взять бразды правления в свои руки. Народ, привыкший полагаться на рабов и машины, бездействовал и молчал, расписываясь в своей несостоятельности.

Гражданские дрожали в безмолвном ужасе: сейчас их волновала лишь собственная шкура. Это плохо — не ровен час, кто-то решится на глупости.

— С кем говорите, Ваше Высочество?

— Генерал Контьянти. — Фамилия вновь ничего не сказала, но теперь я знал, как обращаться к собеседнику.

— Позволите? — попросил разрешения вмешаться в разговор. Генерал был не рад моему обществу, но виду не подал. — Господин Контьянти, у нас здесь десятки гражданских. Ваша аристократия устроила грызню. Не знаю, сколько у них сил, но в победителях точно будут сукины дети. Нам нужна возможность для эвакуации принцессы.

— Дипломат Потапов? — Он с трудом не удержался обозвать меня ружемантом. — Я слышал о ваших «подвигах» против нашей армии…

— Да-да, знаю. И если бы не сложившаяся ситуация, вы бы не сочли меня достойным слышать ваш умопомрачительно красивый голос. Но ситуация сложилась. Потому я открыт к предложениям.

Секундное молчание: он был поражен моим напором.

— Бывали раньше в Милане, лейтенант?

— Тогда будет трудно объяснить, но попробую. Вам надо прорваться к Авиолло Плаза.