В просторной комнате, центр коей занимал длинный, красиво сервированный стол, оказалось неожиданно много народа.

– Писательница Арина Виолова! – словно церемониймейстер, провозгласила Марта.

– Как я рад вас видеть! – воскликнул темноволосый мужчина, шагнув мне навстречу с протянутой рукой. – Чувствуйте себя как дома. Катя, иди, познакомься со своей любимой Ариной.

– Ой, вы такая же, как по телевизору, – зачирикала высокая девушка в красном платье. – Нет, я глупость говорю, в жизни вы намного красивее и стройнее.

– Экран полнит, – пояснила я, – прибавляет как минимум пять кило.

– Вам можно и десять добавить, вашу шикарную фигуру это не испортит, – отпустил комплимент подскочивший к нам Игорь Львович. – Правда, Вадя?

Полный, если не сказать рыхлый, молодой мужчина отошел от буфета, держа в руке бокал с жидкостью розово-сиреневого цвета.

– Здравствуйте, Виола Ленинидовна. Или вы предпочитаете обращение Арина?

– Лучше просто Виола, а можно Вилка, – улыбнулась я. – Отчество свое я не люблю, больно оно мудреное. Вы редкий человек – произнесли его правильно.

– Признаюсь, я читал вашу биографию в Интернете и тренировался неделю, чтобы запомнить, как зовут вашего отца.

С фамилией-то у него просто – Тараканов, зато с именем перемудрили. Надо же, не Леонид, а Ленинид!

Катерина картинно всплеснула руками.

– Папа, ты слышал? Отец Виолы – Ленинид Тараканов! Звезда многих сериалов! Тебе он понравился в «Жестокой куропатке».

– Хотите вина? – спросил Вадим. – Или шампанское? Виски?

– Лучше сок, – попросила я.

– С водкой? – улыбнулся Сердюков-младший.

– Без, – твердо произнесла я. – Не все писатели любят алкоголь, кое-кто предпочитает здоровый образ жизни.

Катя по-свойски похлопала Вадика по животу.

– Вот-вот! Слушай и учись! Носишь на себе двадцать лишних кило, нагружаешь сердце. Дядя Володя, как ты думаешь, Вадьке пора сесть на диету?

Темноволосый мужчина, тот самый, что был в кафе, куда я заходила утром, спокойно ответил:

– Похудеть ему не мешает. Это просто.

– Да ну? – заинтересовался Вадик. – И как сбросить вес?

– Не жрать, – сказал Обоев.

– Вообще? – скривился Вадим. – Ну уж нет. У меня от голода характер портится.

– Можно подумать, что сытый ты добрый, – вдруг брякнула Катя.

В ее голосе улавливалось раздражение.

Игорь Львович метнул предостерегающий взгляд в ее сторону, Катя неожиданно перестала играть предписанную ей роль и выдала откровенную реакцию. Она моментально опомнилась и попыталась исправить свою ошибку.

– Шутка. Хотя в ней есть доля правды. Вадька жутко вредный. Виола, не обращайте на нас внимания, мы в Вадей учились вместе в школе и привыкли друг друга подкалывать. Голодный Сердюков похож на Фредди Крюгера, а сытый он смахивает на аллигатора.