Я вспомнила своего первого мужа, сотрудника милиции Олега Куприна, и нашла подходящее слово:

– Есть приступить! – отчеканил Иван и скрылся с глаз.

Я ожидала услышать звяканье, стук, плеск, но стояла тишина, как ночью на кладбище. Меня охватило удивление, потом я насторожилась. Но тут Ваня заорал:

– Готово! Можно мыться!

Я вошла в ванную и приросла ногами к полу. Иван, почему-то напяливший себе на макушку черную вязаную шапку, стоял около ванны, держа в руках то самое ведро с торчащим грибом. И только сейчас я сообразила, что емкость на самом деле является здоровенной садовой лейкой. Мать тетки Раисы, к которой меня маленькую отправляли на лето, пользовалась точь-в-точь такой. И очень часто бабка приказывала мне:

– Хорош балбесничать, солнце садится, пора огород поливать. Бери брызгалку и вали к огурцам.

Я хватала серую жестяную уродину, подходила к здоровенной бочке, наполненной дождевой водой, становилась на положенные рядом кирпичи и опускала лейку в подернутую пленкой жидкость. Силы детских рук не всегда хватало на то, чтобы благополучно вытащить почти ведерную емкость. Иногда мои пальцы сами собой разжимались, и лейка рушилась на дно. Один раз я, пытаясь достать ее, упала в бочку, и хорошо, что именно в ту минуту мимо шел вечно пьяный пастух дядя Миша. Мужик вытащил терпящую бедствие первоклашку, отвел меня домой и с порога заорал на бабку:

– Сделала из ребенка негру! Гадюка ты, эксплуататорша-рабовладелица! Вспомни про совесть, утопнет девка, я молчать не стану, сдам тебя участковому!

После того случая поливать огород бабка меня больше не посылала. А я, преисполненная благодарности к доброму дяде Мише, тайком бегала в сарай, где у старухи денно и нощно гудел самогонный аппарат, сделанный из отслужившего свой век самовара, отливала немного первача и приносила мужику на поле, где он пас коров…

– Мыться будете? – осведомился Иван, прервав мои воспоминания.

– А где вода? – спросила я.

– Тут, – ответил Ваня и показал на лейку. – Становитесь в ванну, оболью вас.

– Здорово… – пробормотала я. – Но как-то неудобно будет в халате.

– Так снимите его, – пожал плечами Иван.

– Уходите, я сама справлюсь, – велела я.

– Нет, – уперся мужик, – инвентарь подотчетный, на мне закреплен. Если сломаете, платить не вам.

Несмотря на идиотизм ситуации, мне стало смешно.

– Как можно испортить лейку?

– Ну, батарейка разрядится, – не моргнув глазом, отбрил Ваня, – или ручка погнется.

Следовало поинтересоваться, в какое место лейки встроен автономный источник электропитания, но я решила остановить поток абсурда.

– А душ? – жалобно протянул Ваня. – Я обязан выполнить заказ. Припру назад неистраченную воду, Федька мне ее за шиворот выльет. Давайте-ка быстренько мыться.