Месяц назад мне Юра привиделся, сидит на бортике колодца и смеется: «Привет, Фека. Скоро я тут не один буду, Сашка вот-вот придет». И я поняла: Колесников умрет. Но что же делать, а?

– Сашу кто-то похитил? – осторожно спросила я. – И ты знаешь, где он?

Я погладила Феклу по спине.

– Александр пока жив, но над ним издеваются, и он может умереть?

Снова утвердительное движение головой.

– Если Саша погибнет, ты до конца дней будешь винить себя в его смерти, – тихо сказала я. – Скажи мне, где находится Колесников?

– Но тогда Сашка расскажет правду, – пролепетала Фекла, – выдаст нас. Вадима накажут. Я больше не могу! Господи, как страшно… Я спасала Вадика и Катю. Они не знают. Никто не в курсе…

Шлыкова обняла меня, прижалась лицом к моей груди и неожиданно разоткровенничалась.

…Вадик, Юра, Саша, Гарик, Катя и Фекла, будучи подростками, весело проводили время. Как бы школьники ни хулиганили, они знали: Игорь Львович всегда их выручит, постарается ради горячо любимого сына. И старший Сердюков оправдывал их надежды.

Юный возраст – время влюбленности. В компании был свой треугольник: Юра обожал Шлыкову, Фекла любила Вадима, а тот был равнодушен к ней.

Обычным местом сбора у ребят был замок людоеда. Старшеклассники облазили все развалины, изучили буквально каждый камень и обожали пугать случайных прохожих. Если они видели, что кто-то вечером идет по тропинке в сторону развалин (некоторые жители Беркутова пытались таким образом срезать дорогу до дома), тинейджеры начинали выть на разные голоса. Как правило, люди пугались и удирали. А после того как Саша, замотавшись в простыню, выбежал на тропинку и начал прыгать перед какой-то остолбеневшей теткой, в Беркутове всерьез заговорили о привидениях.

Один раз безобразники, скучая, курили около колодца. Вадик, решив подначить Силантьева, сказал:

– Слышь, Юрка, если десять раз пробежишь сейчас по краю, Фекла тебя поцелует.

Тут надо сказать, что пресловутый колодец, откуда ранее добывали воду, представлял собой глубокую яму, из которой над землей торчало нечто, похожее на гигантскую трубу, обложенную неровно обтесанными камнями. Парапет, через который следовало перегнуться, чтобы бросить вниз ведро, был довольно узким, – стены трубы были толщиной с гимнастическое бревно и поднимались над уровнем земли примерно на метр.

– Не, он испугается, – лениво обронил Гарик Обоев.

– Юрка ваще трус, – подхватила Катя.

– Идите вы все! – возмутился Силантьев. – Че я вам, дурак, носиться по кольцу?

– Зато тебя Фека поцелует, – заржал Саша.

– Точно не буду! – рассердилась Фекла.

– А если я тебя попрошу? – спросил Вадик. – Ну, ради меня…

– Ладно, – быстро согласилась Шлыкова. – Только при условии, что он десять раз пробежит без остановки, иначе фигушки.