– Но Павлику, когда он пришел к своей спасительнице с цветами, едва исполнилось десять!

Зинаида Борисовна хмыкнула.

– А трогательная фотография, правда? Одно время этот кадр, сильно увеличенный, висел при входе в беседку, где народ записочки со словом «спасибо» прикрепляет. Потом рекламная акция прекратилась. Павлик-то умер, а люди могли поинтересоваться, где сейчас ребенок, как ему живется. После того как снимочек убрали, про Павла стараются не вспоминать, у мошенников много других чудес. А журналисты, уж извини, если я твоих в некотором роде коллег обижу, идиоты.

Они переписывают из Интернета чужие материалы. Вот и ходят байки про чудесное исцеление Павла, но никто из писак не додумался до простого вопроса: а где сейчас мальчик-то? Кстати, парню на том фото тринадцать лет.

– Не может быть, – удивилась я, – он совсем маленький, щуплый.

– А какой ребенок получится у алкоголички? – скривилась Руднева. – Богатырь? Илья Муромец? Зачат в пьяном угаре, в младенчестве и раннем детстве плохо кормлен, никто беднягу на спортивные занятия не водил. Вот и результат: в тринадцать лет он выглядел чуть ли не первоклассником.

Задержка развития, обычное дело для детей таких родителей. На фото Павлика еще подретушировали, а в жизни он был совсем страшненький, ходил ссутулившись, ногами шаркал, рос медленно, мышц никаких. Не повезло парню, не у той матери родился. Я не удивилась, когда о его смерти от героина узнала, Павлику было тогда то ли шестнадцать, то ли семнадцать. Думаешь, смерть сына повлияла на Фаину и та бросила пить? Как же! Заливает глаза по-прежнему. Кстати, мой друг сообщил, что Максимовой дают еще какую-то особенную водку, Буркину ее привозят с другого конца России. Правда, странная идея – снабжать пьяницу алкоголем?

Я вспомнила пустую бутылку в виде кедровой шишки, увиденную на полу у дивана в домике, где спала нетрезвая Фаина, и найденную резинку для волос, которую украшал пион из ткани. Информатор Зинаиды не солгал, я слышала, как Фаина вымогала у помощницы мэра продукты, а Марта не хотела ничего давать ей, упрекала за назойливость. Сдалась Марта лишь после того, как Фаина вспылила и пообещала рассказать всем правду об «исцелении» сына. Услышав угрозу Максимовой, Марта сразу засюсюкала и накидала в сумку шантажистке много продуктов.

Однако водки она в ее мешок не положила, несмотря на то, что Фаина клянчила бутылку. Видимо, Максим Антонович, узнав о визите актрисы, велел Марте спешно идти к ней и вручить ей сорокаградусное пойло. Наверняка мэр считал, что пьяная Фаина представляет меньшую опасность, чем трезвая. Кто поверит глупостям, которые несет плохо соображающая женщина? И Марта выполнила распоряжение, приволокла «кедровку» и случайно потеряла украшение для волос.