— Ты помнешь мне платье.

— Ты выглядишь потрясающе. И даже складки на подоле не изменят этого факта.

— Льстец, — фыркнула женщина, но ее улыбка говорила, что она довольна. — у тебя есть мысль, какой подарок ты преподнесешь императору?

— Что? — опешил я.

— Да, принято ехать в гости не с пустыми руками. Обычно ему дарят что-то неприлично дорогое. Но от особенных гостей он ждет особых презентов. Если для тебя это сложно…

— Нет. Я придумаю, что-нибудь остроумное, — ответил небрежно.

— Не переусердствуй, — предупредила меня княгиня. — Помни — перемешать, но не взбалтывать.

— Что это значит? — не понял я.

— Играть с сильными мира сего надо осторожно. Чтобы ненароком не оказаться проигравшим.

— Я тебя услышал.

— Понял ли? — настойчиво переспросила женщина, и я кивнул:

— Да. Понял.

Я уже направился в сторону парковки, как остановился и повернулся к бабушке, которая не сводила с меня напряженного взгляда.

— Подскажи, кого боятся призраки?

— Злых некромантов, — ответила она не задумываясь.

Я кивнул и пошел прочь. Подумав про себя, что Виноградова точно не была некромантом.

* * *Домой мы прибыли уже вечером.

И всю дорогу я слушал рассказы Виноградовой о том, как же ей понравилась прогулка. Она восхищалась цветом зелени, подстриженными кустами, пением птиц и прочим.

Было заметно, что за долгие годы изоляции она соскучилась по внешнему миру. И совершенно забыла о своих недавних переживаниях и сомнениях."

"Правда, ближе к концу поездки призрачная женщина говорила все меньше. И я заметил, что Любовь Фёдоровна устала. И едва машина свернула в арку, призрак, не дожидаясь остановки, просочилась сквозь дверь авто. Виноградова пересекла двор и исчезла в доме.

— Прибыли, вашество, -пробасил Фома, останавливая «Победу» у крыльца.

— Спасибо.

Я вышел из авто, поднялся по ступеням, открыл входную дверь. Прошел в приемную, сел в кресло, откинулся на спинку и взглянул на пустой стол, за которым раньше сидела Нечаева.

После того как я получил письмо о разбирательстве, прием пришлось приостановить до вынесения комиссией решения. Поэтому Арина Родионовна ушла в отпуск с сохранением заработной платы. Но секретарь все равно часто заезжала в гости. Жаль только, гостить у нее выходило обычно недолго.

Мне было приятно ее общество, которое ненадолго могло вытащить меня из болота хандры.

Но в последние дни у Арины Родионовны были какие-то дела, про которые она не могла мне рассказать. Она лишь изредка ненадолго звонила да писала короткие сообщения. И от этого мне было как-то… Не по себе. Пришлось признать, что я не просто привык к Нечаевой, а привязался к ней. Несмотря на свои принципы.

Я вздохнул и устало прикрыл глаза, пытаясь привести мысли в порядок и выбросить из головы Арину Родионовну.