Выскочила между ёлок и упала с обрыва. Тысячи игл воткнулись в моё тело, это ледяная вода. Течение было быстрое, меня швыряло по порогам. А потом я ушла на дно и хлебнула воды.

Я действительно не знала насилия и экстремальных условий. Все мои трудности упирались в общение с клиентами и зарабатывание денег, не совсем легальным путём. К иным приключениям меня жизнь не готовила.

Кашляла уже в твёрдых сильных лапах. Ильич весь мокрый и всклоченный, серебрился под светом луны. Глаза жёлтые горят, морда почти волчья. Весь его оборот повернулся вспять.

Почему? Потому что пришлось бороться и воевать. Одними ножами он бы не справился с этой стаей. Я всё понимала, он меня любит, считает своей до конца дней, но ребёнок то тут при чём?

— Ты убил ребёнка, — я пыталась вырваться из его крепких, как тески объятий. — Пусть он болел, но он ребёнок! Нельзя убивать детей!

— Не бывает…женщин…детей в обороте, — задыхаясь, рычал Лихо, ставя меня перед собой.

— Как же не бывает! Я видела и женщину и ребёнка.

Морда потряслась из стороны в сторону, так делают собаки стряхивая с себя воду.

Фыркнул и огляделся по сторонам. А кругом лес чёрный и ручей блестит под бледным светилом.

— Оборотни-мужчины, — ему было тяжело и сложно объяснять, он хрипел и путал вдох с выдохом, и когда говорил на вдохе, слова терялись в шуме воды. — Мы возьмём человека женщину, она родит только сына.

— А если дочь? — мне было страшно это услышать, но я должна была знать.

— Никогда дочь, если родить дочь, будет вот так, — он указал в направлении, откуда мы пришли. — Зверь от зверя страшный вымесок, ублюдина, гибнут люди…это опасно.

— Нил, — я старалась смотреть в его горящие глаза. Надо же месяца не прошло, а я спокойно отношусь к тому, что оборотни существуют. — Нил, если я от тебя рожу, — при этих словах он присел, провёл по моим плечам лапами, и морда отобразила полное умиление, — рожу дочь, ты убьешь её?

— Убью, — честно, без колебаний и увиливаний.

— Тогда я даже не рискну быть с тобой, — я тоже умею правду-матку рубить. — Есть риск моему будущему потомству, ты мне в мужья не подходишь. Ты мне отвратителен…

Я пробудила зверя.

Он обернулся таким, каким я его встретила впервые за одну секунду. Волчья пасть свирепо огрызнулась, и я получила по лицу. А так, как лапа его увесистая, то даже не сильный удар выбил меня из сознания.

А ведь раньше я сознания не теряла ни разу, тем более от ударов. Повадились, твари бить несчастную девушку. Ничего, я выберусь, не останусь здесь.

После пережитого кошмара, я изменилась. Болела и молчала, на ласковые прикосновения не отвечала, между ног лазить запрещала.