Может, он согласится отвезти ее назад, к королю? Если немедленно покинуть Лохерн и скакать всю ночь напролет, рано или поздно она его отыщет. Конечно, когда тело Болгэра найдут, тут же начнется неразбериха. Его люди скорее всего пошлют на Скай гонца и спросят, что им теперь делать. Исчезновение Эллен станет свидетельством ее вины, но обитатели замка и даже Энис будут уверены, что она не сумеет скрываться от них вечно. Они посчитают, что Эллен спряталась в лесу, и отправятся на поиски.

Эллен подошла к двери и, приоткрыв ее, выглянула в коридор. Тишина.

Нигде ни души. Захватив шерстяной плащ и после некоторого размышления – круглый каравай, она выскользнула из комнаты и тихо прикрыла за собой дверь, после чего повернула в скважине ключ и положила его в карман.

Бесшумно спустившись по узкой каменной лестнице, она вошла в зал. Никого, кроме старого пса, храпевшего у очага. Эллен спустилась еще ниже, на кухню, зная, что тамошняя дверь почти никогда не запирается, и обнаружила, что была права.

В ноздри ударил аромат пекущегося хлеба. Кухарка, казалось, спала, сидя за столом и положив голову на руки.

Она не пошевелилась, когда Эллен прокрадывалась мимо, хотя, как оказалось, бодрствовала. Но поскольку в отличие от многих оставалась верна прежней хозяйке, промолчала и не окликнула ее. Только услышав стук захлопнувшейся двери, женщина тихо вздохнула.

– Счастливого пути, девушка, – едва слышно прошептала она и вновь задремала в ожидании, пока испечется хлеб.

А Эллен, держась в тени, поспешила к конюшне. Главные ворота охранялись, но она знала, что у калитки вряд ли поставят часовых.

Войдя в конюшню, она осторожно огляделась, боясь столкнуться с конюхами, но тут с сеновала донеслось кокетливое хихиканье, и девушка улыбнулась.

Значит, конюхам не до нее.

Она быстро нашла и оседлала свою лошадь и повела ее по двору к калитке, по-прежнему стараясь держаться в тени. В ушах громом отдавалось биение сердца. Наконец она добралась до своей цели. К ее облегчению, оказалось, что ключ висит на условленном месте. Петли не скрипнули, когда она открыла калитку и вывела лошадь. Заперла калитку снаружи и сунула ключ в карман, где уже лежал первый, от ее спальни.

Вскочив в седло, она поехала шагом по берегу озера, пока не нашла узкую, ведущую на юг тропу. Остановившись на секунду, она оглянулась на мрачный, темный силуэт Лохерна и, размахнувшись, швырнула ключи как можно дальше в воду.

Если калитка окажется запертой, а ключа не найдут, никто не заподозрит, что она покинула Лохерн этой дорогой. Очень немногие пользовались калиткой, и почти никто не знал о ключе. Впрочем, не важно, догадаются преследователи или нет.