– Не так-то легко быть королем, Джейми, верно? – прошептала она, глядя в его голубые глаза и отнимая руки.

– Нелегко, красотка моя. Однако очень немногие это понимают.

– Но что теперь будет с Перкином Уорбеком? – не выдержала Эллен.

– Через несколько месяцев я в последний раз отправлю войско в Англию. Может, север поднимется на призывы самозваного Йорка, и тогда король Генрих будет слишком занят своими бедами, чтобы помнить о Шотландии.

– А если север Англии не пожелает воевать за него? – допытывалась Эллен.

– Я велел секретарю поискать выморочные титулы, которые перешли к Короне.

Выберу один и предложу Уорбеку, вместе с землями и скромным доходом. Это порадует Гордонов. Да и дочь их будет рядом.

– Вот теперь передо мной Яков Стюарт, которого я знаю и люблю! – воскликнула Эллен.

– А безжалостный Стюарт тебе не нравится? – поддразнил он.

– Вовсе нет. Просто предпочитаю доброго короля, которого я встретила, когда впервые приехала ко двору.

– Ты передашь Адэр наш сегодняшний разговор? – поинтересовался король.

– Думаю, не стоит, – решила Эллен. – Она любила дядю и братьев и по-прежнему страдает от предательства сестры и жестокого обращения короля Генриха.

Она ненавидит короля еще и потому, что тот позволил очернить память короля Ричарда, хотя знал, как несправедливы эти обвинения. Узнав, что вы были так расчетливы в своем поведении и поступках, что намеренно поощряли Уорбека, она может потерять ту малую веру в вас, которую еще сохранила. Если она услышит все, что вы мне рассказали, то сначала будет очень сердиться, а это может вызвать размолвку между Адэр и Коналом, Брюс верен вам, но ему придется разрываться между женой и своим королем. Он любит Адэр, но при этом человек благородный, и если будет принужден выбирать, значит, выберет короля.

– Человек благородный, – повторил король. – И очень похож на своего старшего брата, красотка моя.

– Мне нужно время, милорд, – заупрямилась Эллен. – И я не прощу Дункана Армстронга, пока не буду к этому готова. Да и он сам не захотел бы, зная, что у меня тоже имеется своя честь.

– Но что же теперь будет? – осведомился Яков Стюарт.

– Станем жить бок о бок, день за днем, ночь за ночью. Я ничем не выкажу неуважения к мужу, ибо он – лэрд Даффдура и как таковой достоин моего почитания.

Но пока что мы – чужие люди. И я не захочу дарить ему свои ласки, пока он не научится ценить меня так же высоко, как ценю его я. Повторяю, милорд, у женщин своя честь, и Дункан опорочил мою, когда встал на колени рядом с Роджером Колби и задал этот гнусный вопрос умирающему.

– Будь великодушной, Эллен Макартур! Я знаю, что ты все можешь! – попросил король. – И не держи его в напряжении слишком долго.

– Все зависит от Дункана, – безмятежно ответила Эллен.

Яков Стюарт поднялся.