Упомянутый молодой человек – громила под два метра – переминался возле пирамиды мешков и ящиков. Из одних ящиков пахло копчеными колбасами. Из других – сырами. В мешках оказались мука и крупы.

Великан с орочьей кровью по имени Вэл тоже оказался новым слугой. Я отправила его сначала в кладовку, а затем в распоряжение Динфэя. Неужели у старика наконец-то появился помощник?

На обед были поданы суп из утиных потрошков, говядина по-эветски, запеченные овощи и сырный пирог с фруктами. У начинки пирога был необычный вкус, очень приятный, в меру сладкий, ароматный и немного терпкий.

Оффа сказала, что это экзотические плоды с каких-то тропических островов. Я сделала вид, что поняла, о чем речь, хотя ни одно из названий не было мне знакомо. Судя по вытаращенным от восхищения глазенкам Габби и удивленным лицам Амелины и Луны, десерт удался.

Галэн поглощал пищу, явно не замечая ее вкуса. Сначала он робел и пытался поддерживать разговор, потом проникся царившей за столом непринужденностью и погрузился в свои бумаги.

После ужина мы поднялись в учебную комнату. Я попыталась закрыть дверь, но за ручку с силой потянули с обратной стороны.

В комнату шагнул Гидеон. Лаэр заикнулся было о том, что зрители будут его отвлекать, но я напомнила ему о самой сути сценического искусства:

— Будь проще – и к тебе потянутся люди.

Галэн смирился и только иногда вздрагивал под пристальным взглядом единственного зрителя. Однако к Люминору вскоре присоединился Яран. К пристально подозрительному взгляду добавился издевательски насмешливый.

— Не обращай на них внимания, Лаэр, — продолжала настаивать я. — Хотя лучше представь, что это театральные критики. Две язвы на теле искусства.

Но на сцене только ты и череп Йорика. Проникнись. Это тебе не вампирскими зубами щелкать.

— Хотите, раздобуду настоящий череп? Для достоверности, — вежливо предложил Яран, явно обидевшийся на «язву».

— Нет, спасибо, не надо, — с содроганием отказался актер. — Лэньяра Люминор права: есть сцена и больше ничего. Остальное подскажет трепещущее воображение. Но я не уверен, что «Гамлет» – то, что мне близко.

К моему удивлению, из всех предложенных сюжетов Лаэр выбрал «Портрет Дориана Грея». Сам смысл запретной магии таинственного портрета совершенно очаровал лицедея.

Вскоре он уже беседовал с невнятной кляксой, изображенной мелом на грифельной доске и представлявшей стареющий портрет главного героя.

Кляксу любезно намалевал Гидеон, во время процесса старательно сличавший изображение с оригиналом (но Галэн не дрогнул и выдержал издевательства до конца – наверное, натренировался на ревнивых мужьях своих поклонниц).

Сцена получилась очень даже неплохой. Мы все похлопали, а Яран вполне искренне выразил свой восторг. Все-таки у парня был талант.