— Спасибо, Яран, — поблагодарила я бывшего родича.

— А ты действительно изменилась, Эвери, клянусь небесами. Как так вышло?

— Пережила катарсис, — буркнула я.

— Что? — сдвинул рыжие брови Яран. — Тебя прокляли?

— Муж из дома выгнал, — со вздохом уточнила я. — А у меня там, между прочим, мебель дизайнерская осталась.

— Сочувствую, — рыжий расслабился. — Ты знаешь, где найти нас с Гидеоном в случае чего. А кстати, вы с ним не собираетесь...?

— Не собираемся, — отрезала я, давая понять, что разговор окончен. — Не лезь не в свои дела, рыжик.

— Вот теперь я узнаю тебя, Эвери, — рассмеялся феникс.

— Катись к своему кузену, — беззлобно махнула рукой я, улыбаясь против воли. — И передай ему, я хочу с ним поговорить, завершить незаконченную беседу. Он поймет, о чем речь.

— Лучше напиши ему сама, — Яран активировал кристалл и вычертил овал портала. — Он и раньше был не подарок, а сейчас и вовсе стал невыносим. Вот я и думаю: к чему бы это?

Феникс бросил последний взгляд на Луну, которая с преувеличенным интересом рассматривала увядшие хризантемы в клумбе, и вошел в портал.

Я поднялась на крышу, чтобы окинуть взглядом окрестности.

Может, так получится услышать горного змея? Сработало. Виверн еще спал, но его сознание начинало медленно реагировать на окружающий мир.

И что-то еще мелькало на периферии моего ментального слуха. Какая-то помеха. Я попыталась на ней сосредоточиться, но заметила, что крыша усыпана... пеплом и полусгоревшими перьями.

В прошлый визит фениксов мы все убрали, хотя большую работу проделал разыгравшийся ветер. Вот и сейчас пепел с перышками закручивало в мелкие смерчики и разносило по углам. Значит, Гидеоша был тут совсем недавно.

Иначе холодные порывы разнесли бы улики по лужайкам.

После раннего ужина я отправилась в пристройку к Динфэю. Слуга подтвердил, что хозяин залетал в поместье в ипостаси феникса.

Динфэй увидел вспышку на крыше и поспешил в дом. Фалькон попросил открыть чердак. Пробыл он там не больше получаса. Чем-то гремел и двигал что-то тяжелое. Затем Гидеона почему-то понесло на хозяйственный двор. Там он побродил по руинам построек, похвалил новые вольеры, а сам был хмурый и недовольный.

— Морщился все, — пояснил Динфэй. — А когда я сказал, что тут работы на долгие месяцы, ответил, что это смотря как к работе подойти.

А я что? Я согласился. Дюжину рабочих – и не на месяцы счет пойдет, а на недели. А, еще он про лабораторию спрашивал, дескать, нашли или не нашли. Я сказал, что не отыскали пока. Что сам-то ничего не знаю. Кто бы мне, простому смотрителю, секреты рассказывал?

— А сам он, — навострила уши я, — не намекал?

— Сказал, что тоже не знает. В хрониках семейных место не обозначено, а сам он родился, после того как последний хранитель фирмы помер уже.