Хочешь, посоветую?

Целитель попытался провести серию быстрых атак, но я был быстрее. Каждый его выпад встречал блок или уклонение. Постепенно я начал теснить его к краю островка.

— Знаешь, что мне не нравится в магах? — сказал я, парируя очередную атаку и одновременно нанося удар рукоятью меча ему в живот.

Он согнулся от боли, но тут же выпрямился и попытался схватить меня за запястье.

— Вы слишком полагаетесь на магию, — продолжил я, поймав его руку и заворачивая ее за спину. — А забываете про старые добрые физические навыки.

— Отпусти! — завопил мужчина, пытаясь вырваться. — Я тебе глаза вырву!

— Не получится, — сказал я и заставил его коснуться собственного лица.

Его же заклинание обернулось против него. Магия смерти или что там было вместо нее, начала пожирать его изнутри, разрушая кровеносную систему. Он закричал — звук получился настолько ужасающим, что даже краб на мгновение замер.

Целитель умирал в страшных муках, корчась и хрипя. Его кожа начала сереть, глаза налились кровью. Магия, предназначенная для убийства других, оказалась не менее эффективной против своего создателя.

— Вот теперь ты, действительно, помогаешь людям, — усмехнулся я, наблюдая за его агонией. — Избавляешь мир от себя. Весьма благородный поступок.

Копейщик обернулся на крик своего товарища и, увидев меня стоящего над трупом, явно удивился. Он не ожидал, что я так быстро смогу переместиться на их сторону.

— Ты… ты убил их всех! — прорычал он.

— Пока только троих, — поправил я. — Но не волнуйся, скоро будет четыре.

Он рванул в мою сторону, материализуя копья на ходу. Но тут Тень, который все это время ждал подходящего момента, выпустил огненные цепи. Они обвили копейщика, остановив его движение, и дернули назад — прямо к разинутым жвалам краба.

Чудовище не упустило возможности. Его пасть раскрылась, обнажив ряды острых зубов, каждый размером с кинжал, и сомкнулась на теле убийцы. Хруст костей эхом разнесся по Разлому.

— Эй! — я посмотрел на Тень, который радостно вилял хвостом, наклонив голову набок. Теперь уже только одну, малыш достиг своего предела. — Ладно, в любом случае остался краб-переросток.

Босс Разлома был серьезно ранен в бою с убийцами и ослаблен их магическими атаками. Панцирь покрывали многочисленные трещины, из некоторых ран сочилась голубоватая жидкость. Одна клешня была повреждена копьями, а на спине виднелись следы от заклинаний целителя, которые еще продолжали свое воздействие даже после смерти хозяина.

Но даже в таком состоянии он оставался опасным противником. Когда краб понял, что все мелкие враги уничтожены, он повернулся ко мне. В его глазах читалась первобытная ярость хищника, которого потревожили во время сна.