— Я тебя по моргам и больницам разыскиваю, в клинику Склифософского звонила, а ты… — задыхалась от негодования супруга.

— Я не мог бросить машину на дороге.

— Где, где бросить? В лесу, что ли, оказался? В центре Москвы он, видите ли, от своего сокровища на минуту отойти не может, чтобы позвонить. А я с ума сходи все это время.

Потом он с ней развелся. Вторая жена оказалась поспокойнее, но простить не могла одной фразы, которую он ляпнул спьяну на каком-то застолье, где они оказались вместе. Хозяин дома, зная страсть Гудкова, пригласил посмотреть недавно купленную иномарку.

— Ну как тебе мое приобретение? За руль садишься, сразу чувствуешь, а?

— Что ты, — вздохнул Гудков, которому до такой покупки было, как до луны. — Это автомобиль! Женщины и то разные бывают, а машины…

Супруга смертельно обиделась, услышав такое, но все обошлось. Лишь бы не пил да по бабам не шлялся. А то, что из гаража не вытащишь… Да пусть торчит там, если нравится.

Сейчас Гудков гадал, зачем его пригласил Яковлев, да еще так официально.

Столик был накрыт в углу, Артем не любил сидеть на виду. Петрович, познакомив Артема с Гудковым, исчез.

Владимир Викторович чувствовал себя неловко, он понял, что его внимательно изучают, только не мог понять, с какой целью. И Яковлев куда-то испарился…

Гудков с тоской смотрел в глубь зала.

— Да вы не стесняйтесь, — Беглов приветливо улыбнулся. — Давно хотел познакомиться, да все дела не позволяли. — Он поднял рюмку с коньяком. — Я про вас многое знаю. Нравится, как вы работаете, и, думаю, что способны на большее.

Гудков замер. Вот оно что!

— Я человек осторожный, — скромно ответил Владимир Викторович, всех денег не заработаешь, мне хватает.

— Я знаю, вы машинами интересуетесь. «Вольво» или БМВ с «девяткой», конечно, ни в какое сравнение не идут.

Гудков судорожно вздохнул. Как говорится, не тратя времени на долгие подходы, подумал он.

— На «Вольво» я пока не зарабатываю, а по статье загреметь…

— Дорогой мой, — прервал его Артем, — по статье сейчас только дураки гремят. Я хочу предложить вам перспективную работу. Повторяю, мне нравится ваш подход к делу, осторожность, которую проявляете.

— Яковлев называет это трусостью, — буркнул ничего не понимающий Гудков и тут же пожалел о своих словах.

Губы Артема растянулись в усмешке.

— Я бы назвал ваше поведение осмотрительным и дальновидным. Вы умеете просчитывать ходы, и главное, не подставляться. А Петрович… Беглов не договорил, потому что к столику шел Яковлев.

— Забегался, садись, — Артем кивнул ему на пустой стул.

— Дела. — Юрий Петрович осторожно покосился на гостя. Он по выражению его лица пытался уловить, о чем они говорили.

На сцене в «ракушке» появились музыканты. Заиграла легкая ненавязчивая мелодия.