Заорал благим матом, в клочья разорвал бумажный лист, протянутый ему лейтенантом полиции, швырнул обрывки бумаги, в лицо Любиному отцу. Сотрудники правоохранительных органов церемониться с Гавриловым не стали: надели наручники и повели на выход из кабинета. Злорадство в Любиной душе шевельнулось. Не без этого. И еще, вот теперь она знала наверняка — этого урода больше никогда не увидит. Чувствовала на подсознательном уровне. — При хорошей доказательной базе, на пять лет возможно натянуть. Но думаю, тут условным сроком закончится. Напишет явку с повинной, начнет активно сотрудничать со следствием, и так далее. — заметил Андрей, глядя вслед уходящему под конвоем, ссутулившемуся Гаврилову. — Условный срок меня не устраивает. Только реальный. Хотя, самое страшное наказание для него — потеря денег. Можно с уверенностью сказать — денег у крысеныша не останется. Останется только жалкая халупа на окраине, он пытался ее продать, но не успел. А после освобождения ему поступит предложение от которого он не сможет отказаться. Чтобы не смел возвращаться в Москву. И он не посмеет. Ему подробно объяснят, чем чревато возвращение. — хмуро произнес Любин отец. Ей понятно, отчего он хмурится. Непросто ему свыкнуться с мыслью: насколько сильно обманывался, безгранично доверяя зятю. Ничего, свыкнется…. — Андрей! — Люба вскинула голову, — в случае если Гаврилова осудят, мы сможем сразу после расторжения брака, подать исковое заявление на лишение родительских прав? — Подадим и лишим. — уверенно ответил юрист. Ну а дальше…..Она искренне благодарила друзей Юры, поддержавших её в трудный момент. Вскоре, большая часть группы поддержки, покинула офис компании. Остались лишь Юра и его брат Роман, да те из ребят, кто принимает на себя руководство департаментами, а так же временно исполняющий обязанности гендиректора — Артем, ну и отец, разумеется. Артем занял место за рабочим столом, просматривал текущую отчетность, делал пометки в свой айфон. Люба подсела сбоку, занялась подготовленными помощницей приказами и списками. Отец о чем-то беседовал с Юрой. Негромко. Она напряглась. Вдруг отец наговорит Юре лишнего? Он может. — Люб. Закончишь с бумагами и езжайте- ка к детям. Уступлю вам свою машину, в выходные приеду с братом Сережкой, заберу. Здесь разберемся без вас. — предложил Артем, заметив, как она то и дело поглядывает на Юру и отца. — Спасибо, Артем. К детям было бы здорово, но помимо всего, нужно еще с вещами Гаврилова разобраться. Избавиться от них. — Люб. Поверь, Николай, в огромным удовольствием возьмет на себя руководство процессом. Вычистит так, что не только вещей, и воспоминания о Гаврилове не останется. Так что, заканчивай и езжайте спокойно. — Артем. Вы — лучшие. Как же мне повезло…. — Мы такие, да.