Поэтому я искал контракты, где сотруднику могли предложить одну из этих сетей. Сформулировав условия поисковой системе, я принялся изучать два десятка подходящих предложений.

— Интересует особый товар? — Тощий подросток с лицом, похожим на крысиную мордочку, сел на корточки прямо передо мной. Похоже, этот тип с кем-то меня спутал. Денег не было, но мне пришло в голову полюбопытствовать, что именно продает этот шустряк.

— Конечно, — кивнул я. — Что есть?

— Трясун, чифарь, хуш, тренг… — зашептал крысомордый. — Синт, щипарь, есть флэнг… последняя разработка Треугольника!

— Это же запрещено… — Я хмыкнул, вспомнив, что расхваливаемая новинка находилась в списке незаконного товара, который на станции не приветствовался.

Этот перечень я изучил в первую очередь — нарушать местные законы не планировал. Стало ясно — малец продает дурь.

В моей голове сразу же появились мысли вполне определенного направления. К этим типам я симпатии не испытывал, поэтому решил обдумать возможность экспроприации имущества местных преступников. Ну а поскольку сейчас я сильно нуждался в деньгах, появилась мысль помочь местным органам правопорядка, заодно поправив свое финансовое положение.

Никаких моральных угрызений я не испытывал — если простые торчки заслуживали только презрения, то те, кто поставил своей целью распространять дурь, в моем «табеле о рангах» стояли на одной ступеньке с серийными убийцами. К тому же маловероятно, что обиженные наркоторговцы побегут жаловаться — этот контингент предпочитает решать проблемы самостоятельно.

— Здесь запрещено, — захихикал подросток, — а внизу — разрешено.

— Пять косарей, — причмокнул тонкими губами крысомордый. — Хорошая цена…

— Возьму два, — кивнул я; мысль навестить нижние уровни и пообщаться с барыгой, на которого работал пацан, с каждой секундой нравилась мне все больше.

Добравшись до лифта, мы попали на уровень, отмеченный на карте как торговый сектор корпорации «Нум-Зичель». Тут я впервые увидел представителей службы охраны — тройка низкорослых мужчин в боевых скафах неспешно шествовала по широкому коридору. Однако на нас головорезы внимания не обратили — два подростка, спешащих по своим делам, выглядели безобидно.

Нижний торговый район кишел людьми — зал размером со стадион был густо заставлен большими контейнерами. Эти разноцветные поцарапанные ящики образовывали нечто вроде лабиринта. А над ним нависала темная масса решетчатых ферм и гроздья труб — там мелькали какие-то стремительные аппараты и черточки транспортных капсул.

Створки ящиков приоткрывались, впуская или выпуская покупателей, — выглядело это все как блошиный рынок на Земле.