Нянечка, оценив, что детская мебель находится в надежных руках, уводит дядю Пашу в медкомнату.

Странно, но дело у Ивана действительно спорится. Будто он всю жизнь только и делал, что шкафчики собирал…

-Этому тоже депутатов учат? - Интересуюсь с улыбкой.

-Этому армия учит, - хмыкает Аронов. - Так доходчиво, что в жизни не забудешь!

-Понятно… - присаживаюсь я на подоконник и тоже снимаю пальто. В группе жарко. - На некоторые вещи можно смотреть вечно. - Говорю с улыбкой, - Как мужчина строит, готовит…

-И на то, как женщина раздевается, - перебивая, оборачивается на меня Иван.

Мои щеки неконтролируемо вспыхивают от его жадного и горячего взгляда. Когда вообще такое было, чтобы я сама? Он на подходе все срывает.

Беру себя в руки и отвечаю достаточно строго:

-Я не обещаю тебе ничего…

-Я знаю, - кивает. - Но это не мешает мне фантазировать.

Улыбнувшись, улыбкой кота-искусителя, продолжает работать шуруповертом.

Потихоньку начинаю оттаивать. Мне уютно и даже без слов приятно находиться рядом с Ароновым. Может быть, Марья права? Нужно просто наслаждаться чувствами? В конце концов, обидеть ребенка сильнее, чем собственный отец очень сложно.

А Ивана… не нужно пытаться поставить на место отца. Вполне достаточно статуса друга. Так понятнее и безопаснее… Проблема просто в том, что мне бы хотелось иначе.

-О чем думаешь? - Вдруг окликает меня Аронов.

-Да так, - пожимаю плечами.

-Ох, не нравится мне твое «да так»… - вздыхает и мрачнеет.

Мне тоже хочется спросить, о чем он сейчас думает, но я молчу. Не хочется портить этот вечер. Все и так очень хрупко.

-На ужин можно пиццу заказать, - говорю, немного смущаясь, - или блинчики разогреть… Готовить уже нет времени.

-Да, я и думал предложить пиццу, - с энтузиазмом соглашается Иван.

- Давай сразу закажем, чтобы не ждать.

Лезет в карман пальто, и в этот самый момент телефон начинает звонить.

Иван смотрит на экран.

-Извини, нужно ответить… - со вздохом откладывает в сторону шуруповерт. - Алло, да Алла Алексеевна…

Из динамика до меня доносится взбудораженный женский голос. К сожалению, разобрать, о чем он говорит, я могу только по ответам Ивана.

- Так, подождите, успокойтесь. У меня нет сомнений, что вы - хорошая сиделку. Конечно, ей нельзя коньяк. Даже если он повышает давление.

Врач ей этого не прописывал. Нет! Никому она не нажалуется. Я вам обещаю. Кофе тоже нельзя категорически. Хорошо, об этом я тоже с ней поговорю… Да, спасибо, просто спокойно работайте…

-Что-то случилось? - Тревожно смотрю на Аронова, и принципе, уже без его ответа понимаю суть проблемы.

-Подожди, - делает мне он знак. - Нужно позвонить, а то поеду и убью ее…

Подхватывается на ноги и выходит на лестницу.

Я подбегаю к двери и прижимаюсь к ней ухом. Понимаю, что не мое дело, но… это выше сил и контроля.