— Тебе кто-то мешал ему позвонить?

— Я хочу, чтобы ты убедила его меня выслушать, Вера. Мне нужен не просто разговор, а его помощь. Его люди и возможности.

Роман говорит спокойно и взвешенно, он все обдумал.

— Так ты меня не убьешь?

— Нет. Отвезу к нему, и мы поговорим.

А я, видно, буду той самой веткой, которой тащит в клюве голубь мира.

— Сейчас он в своем особняке.

— В дом, набитый охраной, я не пойду. Публичное место. А ты будешь гарантией безопасности сделки.

Он выглядывает вниз.

— Пошли на крышу. Скоро эти ослы догадаются, что что-то пошло не так. И не ори, помнишь? Я не настолько благороден, как ты думаешь.

Он тащит меня выше, поднимает люк, и мы оказываемся на крыше. Здесь ветер сильней и холоднее. Кошусь в окно: охрана пока не реагирует, думая, что собираю вещи. Но они должны подняться и проверить, почему так долго вожусь. Вопрос в том, что Роман сделает со мной за это время.

Роман тащит меня к соседнему подъезду.

Хочется заступиться за охрану: никто не ждал, что Северный объявится почти невредимый. Но он прав. Ослы. Которые меня упустили.

Через дальний от моего подъезд мы спускаемся.

— Мне нечего терять, — предупреждает он. — Если хоть пикнешь, я сдам тебя и твоего ребенка, Вера. Веди себя тихо.

Рядом с подъездом припаркована неприметная черная «ауди». Он втаскивает меня туда и пристегивает к двери наручниками.

Мой подъезд отсюда не видно. Он все рассчитал.

И выезжает со двора другой дорогой — через соседний двор. Гонит изо всех сил.

— Ты пообещал, что вернешь меня Горскому! — начинаю нервничать. — Это так? Отвезешь к нему?

Роман паркуется рядом со сквером, попавшимся по пути. Солнечный день, дети бегают по площадкам — в сквере кипит жизнь, а я дрожу, пристегнута к двери.

— Что он про меня сказал?

— Не ври, дорогая… Бывший многое рассказал, не так ли? Ты обещала не верить.

— У тебя есть дочь, — шепчу я, пытаясь задеть живые струны в его душе. — Сейчас ей должно быть восемь… Самое главное, что я поняла.

Роман берет меня за подбородок. Груб сжимает щеки. В глазах вызов, хотя лицо неподвижное.

О, да, я его задела.

Только это плохая новость.

— Звони мужу, — говорит он.

Одной рукой вытаскиваю телефон из сумки и набираю номер.

Северный сразу же забирает трубку.

— Это Роман Северный, — прямо говорит он. — Она у меня. Я не хочу с тобой воевать, Горский. Я верну тебе Веру, как жест доброй воли, если согласишься встретиться и поговорить.

Молчу, сердце колотится в груди.

Это ведь очередная уловка, да? Поговорить можно по телефону. Кажется, Ян то же самое сказал, потому что Роман отвечает:

— Без личной встречи не получится. Я хочу сдать тебе того, кого ты ищешь, — молчание. — Но для этого нужно договориться. В ресторане «Пурпур» через час. Не успеешь, твои проблемы.

Он сбрасывает звонок и смотрит на меня.