— Взгляни теперь на свою спальню, — позвал меня Тони из смежной комнаты. — Мне нужно успеть переодеться для приема, который Джиллиан не хотелось бы пропустить. Ты должна извинить ее за это, Хевен, она запланировала, что мы непременно пойдем на него, еще до того, как узнала о твоем приезде. Прием устраивает одна дама, являющаяся одновременно и ее ближайшей подругой, и самым опасным ее врагом. — Он похлопал меня по щеке, заметив недоумение на моем лице, и направился к двери. — Если тебе что-нибудь понадобится, вызови по телефону служанку, она все принесет. Если же захочешь поужинать в столовой, позвони на кухню, тебе все устроят. Дом полностью в твоем распоряжении. Желаю приятного отдыха! — Тони вышел из комнаты, затворив за собой двери прежде, чем я успела раскрыть рот.

Как эти две комнаты в синих и палевых тонах, должно быть, нравились моей матери! Я с восторгом уставилась на симпатичную двуспальную кровать с четырьмя стойками по углам и балдахином из плотных кружев. Потом прошла в ванную комнату, не переставая изумляться обилию зеркал, хрустальных люстр и светильников в больших кладовых и стенных шкафах, куда по пути заглянула. Вдоль стены на длинном туалетном столике стояли фотографии в рамках. Я стала рассматривать снимок милой маленькой девочки, сидящей на коленях у своего отца. Это, несомненно, была моя мама! А этот мужчина — мой настоящий дедушка. Трепет и волнение охватили меня. И в этот момент кто-то негромко постучал в дверь спальни.

— Кто там? — спросила я.

— Это Беатрис Перси, — ответил строгий женский голос. — Мистер Таттертон послал меня узнать, не нужно ли помочь вам распаковать и разложить ваши вещи. — Дверь отворилась, и в комнату вошла высокая женщина в черном костюме служанки. — Меня все зовут здесь просто Перси, — улыбнулась она. — Вы тоже меня можете так называть. Я буду вашей личной служанкой, пока вы здесь, могу также причесывать вас и делать маникюр. Если хотите, я наполню ванну, — предложила она тоном, не допускающим возражений.

— Обычно я моюсь перед тем, как лечь спать, или принимаю душ утром, — неуверенно возразила я, смущенная тем, что обсуждаю столь интимные вопросы с незнакомой женщиной.

— Мистер Таттертон велел мне позаботиться о вас.

— Благодарю вас, Перси, но мне пока ничего не нужно.

— А из продуктов вам что-то противопоказано? — спросила она.

— У меня хороший аппетит, я ем все и почти всегда с удовольствием. Будь я слишком разборчива в пище, я давно бы умерла с голоду!

— Вам прислать ужин сюда? — спросила она.

— Как вам удобнее, Перси, — ответила я.

По лицу служанки промелькнула легкая тень, словно бы подобная покладистость госпожи не устраивала ее.