Каковой стала сравнительно недавно. Муженек ее бывший, прапорщик, получив распределение в ГСВГ – Группу советских войск в Германии, решил жену на Запад с собой не брать. Сумел в отпуске по семейным обстоятельствам оформить развод с Екатериной и свалить в Германию, оставив подругу жизни в богом забытом среднеазиатском гарнизоне. Как прапорщику удалось быстро провернуть брачную аферу, осталось тайной. Даже для особиста, не говоря уже о Кате, которая и стала неожиданно для всех, и в первую очередь для себя, холостой, разведенкой.

Она подошла к офицерам, поздоровалась с Тимохиным:

Достала сигарету, спросила:

– Кто даст прикурить даме?

Старший лейтенант чиркнул спичкой:

– Для тебя, Катя, все что угодно!

Женщина сощурила в меру подкрашенные глаза:

– Да? Тогда приходи вечером в гости! Посидим, шампанского выпьем. Ну, а потом я скажу тебе, что мне угодно!

– Ну как, Саша? Придешь?

Вперед выступил Шестаков:

– Он, Катюша, не сможет! Видишь ли, в наряд заступает, меня меняет. А вот я, как сменюсь, весь к твоим услугам. Все розы возле штаба пехоты оборву и брошу к твоим ногам.

– Дурное дело, я имею в виду оборвать цветы, нехитрое. Сложнее найти путь к сердцу дамы без подарков.

– Так можно и без цветов...

Екатерина вздохнула:

– Эх, Вадик, Вадик, ты с виду мужик ничего, а вот любовник, видимо, никудышный!

– Откуда тебе знать?

– Да видела позавчера утром, как тебя Вера Сайфулина из дома чуть ли не веником выгнала. Что, не угодил Верунчику?

Тимохин прервал перебранку дежурного офицера с машинисткой штаба:

– Давайте, воркуйте дальше без меня, а я к комбату!

– Так мне ждать тебя?

– Тебе же Вадим русским языком сказал, в наряд я сегодня заступаю!

– А после наряда? Я терпеливая!

– Нет! Не ждать! Не приду!

– Ну, конечно, у тебя же роман с Ирой Люблиной?! Как же я забыла! И что вас, мужиков, все больше в медсанбат тянет? Ну, да ладно, иди своей дорогой и считай, пошутила я! Удачи!

Старший лейтенант прошел в торец коридора, вошел в приемную командира и начальника штаба. Без стука открыл дверь кабинета командира батальона подполковника Галаева:

– Разрешите войти, товарищ подполковник?

Командир части, сидящий за своим рабочим столом, ответил встречным вопросом:

– А ты разве еще не вошел? Проходи! Присаживайся.

Старший лейтенант устроился на старом скрипучем стуле напротив начальника штаба.

Впрочем, капитан Гломов тут же поднялся:

– Не буду вам мешать! Займусь более насущными делами, нежели беседой с потерявшим всякое понятие об элементарной субординации и офицерской порядочности товарищем Тимохиным.