Нам, бабам, нужна определенность. Вот и Ирина мучается. Хотя, конечно, откуда тебе знать об этом? Ведь утром ты провожаешь ее, а потом не видишь, пока кровь вновь кое-где не взыграет.

– Я никого и никогда насильно к близости не принуждал. Ирину в том числе. И обещаний не давал.

– Но и совсем не отталкивал.

– А зачем? Ей время от времени нужен мужик, мне женщина. Все естественно и без обмана. А вообще, давай прекратим разговор на эту тему. Как-нибудь сами с ней разберемся.

– Разбирайтесь! Только попрошу, голову ей не кружи. Хотя закружил уже!

– Ничего, все устаканится. Не дети!

Поблагодарив хозяйку, Тимохин встал из-за стола:

– Пойду я! Готовиться в наряд.

Офицеры вышли на улицу. Было жарко.

Ротный взглянул на заместителя:

– Ты на Марину не обижайся. Она всегда и всем хочет только хорошего. Чтобы все были счастливы. Короче, идеалистка.

– Просто хорошая, добрая женщина. Побольше бы таких, глядишь, и жизнь светлее стала бы. Тебе повезло, Серега! Береги свое счастье!

– Повезло, да не совсем! Все у нас с Маришей хорошо, а вот детей иметь не можем!

– Может, и к лучшему!

– Нет! Дети – это... это будущее, продолжение рода.

– Особенно если это продолжение оболтусом вырастет и так задолбит родичей, что жизнь в ад превратит.

– Ты просто не любишь детей!

– Не знаю! Не думал об этом. Ну, ладно. Пошел я! Завтра в часть придешь?

– Приду. На рынок с Мариной съездим, и приду.

Старший лейтенант предложил:

– Возьми мою машину, чего на маршрутке трястись да на остановках торчать в толпе? Ключи дать?

– Не надо! Мы с соседом танкистом договорились. На его «Москвиче» в Кара-Тепе слетаем.

– Как знаешь! Давай, командир!

– Давай, Сань! Спокойного дежурства.

– А каким оно еще может быть? Сплошное однообразие. Ну, может, кого с водкой поймаю. Хотя... специально, как Булыгин, шакалить не в моих правилах. Пошел!

Тимохин обошел дом Смагина. Зашел в магазин, который работал в субботу. Купил блок сигарет, спички. Перемигнулся с молоденькой продавщицей, что недавно объявилась в городке в качестве вольнонаемной, направился по аллее к своему дому. Проверил наличие воды в бачке. Принял душ. Перекурив на скамейке возле куста акации, прошел в спальню, включил кондиционер и завалился на кровать. Спустя несколько минут он уже спал спокойным, но чутким сном, запрограммировав его до 17-00.

В 18-00 старший лейтенант Тимохин вышел на плац батальона, где выстроился личный состав внутреннего наряда части. Принял доклад дежурного по парку, прапорщика Чепцова. Развод провел быстро, как всегда. Отдал приказ на заступление в наряд. Бойцы прошли по плацу строевым шагом и разошлись по подразделениям и объектам несения службы.