Несколько солдат бросились к северной окраине холма и почти сразу же скрылись. Вокруг резко вспыхнули боевые прожекторы, выжигая из ночи последние тёмные пятна и освещая все подходы к холму.

— Что происходит? — спросил я, подойдя к Снегову.

— Ничего критического, ваше благородие, — отрапортовал тот. — Система локаторов среагировала на перемещение скверны. Дежурный момент.

— Прорыв? Думаете, снова наш знакомый?

— Что? — не сразу понял витязь, а затем его лицо прояснилось. — Нет, ваше благородие, совсем нет. Это не призыв. Совершенно обычное дело, мигрирующая тварь, ничего такого. Сейчас мои ребята её перехватят, не беспокойтесь.

— Ранг известен? — заинтересовался я, машинально проверил висящий на поясе контейнер с пустыми сферами. Снегов опустил взгляд не него и испуганно помотал головой, как ребёнок, которому пригрозили походом в угол:

— Нет-нет, ваше благородие, давайте вот без этого!

— Вы же знаете, что меня не остановите.

Витязь вздохнул и обречённо кивнул:

— Ранг неизвестен. Засекли возле подворья святой Варвары.

— Это ведь не входит в зону действия Конструкта? — уточнил я, намекая на излишнее рвение гарнизона.

— Это входит в зону действия законов Империи! — отчеканил изменившийся лицом Снегов. — Подворье монастыря под атакой!

Я примиряюще улыбнулся:

— Этим вы мне и нравитесь, Станислав Сергеевич. Понимаете, когда инструкции можно нарушать.

— Это не нарушение! — сказал мне в спину витязь, но продолжать тему не стал. Потому как Снегов понимал: он неправ. Гарнизон здесь для защиты Конструкта и подходов к нему, а не для таких вот операций. Но я бы тоже в стороне не остался.

Мы опоздали, пусть и двигались к подворью трусцой. В ночи бряцало снаряжение солдат, слышалось сиплое дыхание, стучали о землю каблуки военных сапог. И когда впереди раздались женские крики ужаса, в мужчин вселилось второе дыхание.

— Давайте, братцы! — воззвал Дибров к товарищам, а я, не дожидаясь спутников, заработал локтями, легко оторвавшись от группы.

Одну из монахинь я увидел на повороте к подворью. Женщина в белом апостольнике бежала в нашу сторону, и стоило ей заметить меня, как она бросилась на колени и завыла.

— Спасите! Спасите! Бестия! Сестра Ирина… Она… Спасите!

Я припустил ещё быстрее, и уже через несколько секунд оказался перед развороченным заборчиком подворья. Увидел ещё одну монахиню, которая в перепачканном одеянии валялась в кустах с неестественно вывернутой рукой.

— Нет, нет! — закричал женский голос откуда-то из-за часовенки, и в ответ ему послышался негодующий рёв.

Изменённый медведь, размером с вездеход, пытался вырваться из пут розовых кустов, но те, напитанные магией биоманта, держали чудовище крепко, не позволяя тому сделать и шага.