Серо-белое оперение топорщилось под порывами ветра, а в целом птица, казалось, способна была поднять в воздух овцу.

Громадная птица переступала лапами, раскрывала крылья, зло смотрела по сторонам, но не порывалась улететь. Видно, Эрна что-то ей внушала. Наконец штормвестник, раскрыв широченные крылья, с гортанным криком взмыл в небо, а девушка обернулась ко мне, утирая испарину со лба.

– Пускай ваш Ррох отдохнет, – сказала она. – Корабль вашего врага проводит эта птаха!

Штормвестник может провести в небе несколько суток. Он куда выносливее ворона, и он будет держать нужный корабль в поле зрения, пока ему не прикажут отстать.

– Спасибо, – сказала я. Лицо девушки разом осунулось, будто посерело. Ну ничего, ведьмы знают, как восстанавливать силы. Сейчас зайдет к брату и… – Лауринь, идемте.

– Что – но? Нам с вами делать нечего до тех пор, пока «Крылатый» не нагонит корабль Наора, – хмыкнула я, увлекая Лауриня по узкой лесенке вниз. – Мы можем только спать и есть. Лично я сперва буду спать, а вы?

– Я тоже, – согласился капитан, подумав. – Но для начала, если честно, я бы вымылся.

– Дело говорите… – хмыкнула я. – Пойдемте. Только не думайте, тут удобств не предусмотрено. Вот вам ведро, достаньте воды из-за борта – и вперед. Могу подогреть, если боитесь.

– Что, прямо на палубе?.. – кажется, Лауриня больше занимала необходимость раздеваться на глазах у матросов (и у меня тоже), нежели пугала ледяная морская вода.

– Можете прыгнуть за борт, – предложила я. – Не смущайтесь, я, так и быть, деликатно отвернусь. Или лучше пойду возьму у Эрны пару чистых рубашек…

– А я – после вас, – ухмыльнулась я. – Будете бдеть, чтобы никто не подглядывал. Хотя кому это надо, право слово…

Что верно, то верно, на севере к подобным вещам относятся много проще. А когда на корабле есть и мужчины, и женщины… Волей-неволей отбросишь всякие глупые условности во имя удобства!

Конечно, забортная вода – это вам не горячая ванна, зато бодрит лучше не надо! Мне даже спать расхотелось. Судя по выражению лица Лауриня, ему тоже.

– А все же, – произнес он, когда мы перехватили по миске похлебки и вернулись на палубу, – почему эти люди вам помогают, Фло? Они ведь даже не знают, во что ввязываются. Да и мы не представляем, на что способен этот… Наор! Вы не желаете просветить капитана на этот счет?

– Обязательно, – сказала я. – Я ведь уже упомянула, что не желаю подвергать их опасности. Это было бы черной неблагодарностью по отношению к их отцу и, мягко говоря, дурной платой за все то, что он для меня сделал!

– Что именно? – тихо поинтересовался Лауринь. – Вы же не говорили об этом.