Думаешь, сможешь сутки держать свои бесстыжие руки вдали от ЭмДжея?

— Да ты и твой пожарный гидрант первыми будете скрестись в мою дверь, — задорно кривит нос Бэмби и поднимается. — Пойду руки помою, чтобы полноправно хватать еду с твоей тарелки.

Я провожаю глазами ее длинные оленячьи ноги и думаю, что жизнь прекрасна. С Бэмби мне легко и весело, и даже ругаться с ней по пустякам необременительно. И главное, у нас нет друг у другу никаких претензий. Для чего вообще пары вешают на себя ярлыки «парень» — «девушка», когда можно так, как у нас с Бэмби? Горячий трах, совместные ужины, веселые разговоры… А это что за лохматый хер улыбается Бэмби?

Я поднимаюсь с места так быстро, словно мне пинка дали под зад и иду к тому месту, где стоит Ни-ка, а рядом с ней пританцовывает татуированный увалень в дранных джинсах.

— Все в порядке? — спрашиваю Ни-ку, но смотрю в этот момент на увальня. Выглядит он как Тимати, до того как тот начал косплеить Рамзана Кадырова: редкие усики, серьга в ухе, из-за ремня от Гуччи торчат трусы от Дольче. Тьфу, блядь.

Ни-ка открывает рот, но мистер Тантум Верде(спрей для горло, который рекламировал Тимати — прим. автора) ее опережает и тянет ко мне свою расписанную под хохлому клешню:"

"— Александр. Друг Ники.

Его бодрый энтузиазм бесит и вызывает лишь одно желание: выдернуть ему руку. Друг, блядь. Портфель что ли до дома таскать помогает?

— Максим, — его пальцы в моей ладони хрустят как раздавленные чипсы и с удовольствием замечаю, как усатое лицо морщится. Все-таки не зря я в машине вожу эспандер. — Тоже друг Ники.

Сделав вид, что не улавливает моего предупреждения, татуированный выхватывает свою руку и поворачивается к застывшей Бэмби.

— Приезжай на гонки в воскресенье, Ник. Я себе на Субару новую турбину из Япы пригнал, а в дроссель теперь вообще голову просунуть можно. Помнишь, Эдика на Эво? Собираюсь порвать его в мясо.

— Спасибо за приглашение, бро, — перебиваю его скучные понты. — Время будет — обязательно заедем.

Тимати мое вмешательство явно не по нраву, но он сохраняет невозмутимость, чтобы не уронить лицо перед Бэмби. Я понял, кто он. Гонщик, про которого как-то упоминала Ни-ка. Ее бывший, который, судя по ненужным телодвижениям, очень хочет вернуться в статус настоящего.

— Любишь смотреть гонки? — снисходительно интересуется тот, чиркая по моей шее взглядом. Чтобы встретится со мной глазами, ему ведь голову надо задирать. Пенек коротконогий.

— Предпочитаю водить сам, но и посмотреть иногда не против.

— На чем ездишь? — как бы случайный вопрос.

— Камаро, — с удовольствием произношу шесть заветных букв, от которых лицо незадачливого субаровода блекнет как мельхиоровая ложка.

— Трехлитровая? — с надеждой в голосе блеет он.