С коллегами я встречусь и здесь, а если сильно припрет, то поеду в ту страну, в которую и без визы можно, в тот же Израиль, например, туда любят выезжать с гастролями европейцы, и посмотрю нашумевшие постановки там. С театром на гастроли – да, это проблема, но только в том случае, если я буду участвовать в спектакле как актриса, а режиссеру не обязательно кататься с труппой.

– Но ты же понимаешь, что ничего не изменится, даже если мы поженимся, – не возражал Трофим. – Нам все так же придется мотаться друг к другу по выходным, с любой оказией и в отпуска.

– Да, – согласилась Глаша, – но не всегда. Например, когда я рожу, то намереваюсь сидеть с ребенком дома положенный год. Понятное дело, рядом с тобой. Вернее, постараюсь сидеть год, если не возникнет какой-нибудь офигительный проект. – Задумалась и внесла коррективы: – Ну полгода точно.

– А когда ты родишь?

– Месяцев через шесть с половиной.

– То есть, если я правильно понял твой посыл, где-то на девятом месяце беременности ты переберешься ко мне сюда, родишь и планируешь находиться дома с ребенком как минимум полгода?

– Ты правильно понял мой посыл, – подтвердила Глафира.

– Получается, что до того момента, как я стану генералом и переберусь в Москву, тебя надо постоянно отправлять в декрет, чтобы мы могли чаще и дольше быть вместе, – усмехнулся он.

– Тогда нам уже никогда не придется быть только вместе, Разведов.

– О то ж, – наигранно вздохнул тот.

– Ну что, ты готов стать мужем и многодетным отцом, товарищ подполковник? – спросила Глафира.

– Как Родина-мать прикажет, – со всей серьезностью заверил Трофим. – Почту за честь и буду несказанно счастлив стать твоим мужем и отцом наших детей.

– На этом месте должна заиграть очень красивая музыка, – прошептала Глафира, – лучше всего подойдет та, что звучит в твоем ролике про два самолета.

– Эта композиция называется «Вдвоем», – прошептал Трофим, наклоняясь и накрывая ее губы своими.

Да, вдвоем, пусть хоть какие там расстояния, препятствия. «Вдвоем, всему наперекор – обстоятельствам и жизни», – промелькнула в голове у Глафиры мысль, перед тем как она погрузилась в их потрясающий поцелуй."