— О Энн, разве все это не потрясающе? Я купила себе вечернее платье, два восхитительных платья из хлопка, шляпу, сандалии и множество других вещей, о которых по телефону лучше не упоминать.

— Ты потратила все деньги, которые дал тебе Джон? — спросила Энн.

— Практически до пенса. Но он не будет возражать, правда же? В конце концов, у него их полно, а это и твои деньги тоже — теперь.

— О, я знаю, что ты скажешь, — перебила Майра. — Не волнуйся, Энн. Я сама выпрошу у него. Доусон тоже думает, что он не будет против.

— Полагаю, с этим все в порядке, — сказала Энн с сомнением.

— Теперь о близнецах…

— Здесь есть человек, который поедет в Лондон на машине. Так что он захватит их.

— Фактически они уже уехали, — ответила Майра. — Я пытаюсь дозвониться до тебя почти целый час. Мы с Доусоном уезжаем через двадцать минут, и я подумала, лучше отправить их сразу. Доусон отвез их на станцию и посадил в купе первого класса, так что они должны прибыть в порядке. Их поезд приходит в Крокли-Кросс в двенадцать часов.

— Очень хорошо. Я встречу их.

— Ты понимаешь меня, правда же, дорогая? Ты не сердишься за все это?

— Нет, нет, конечно нет.

— Ну и чудно. Я позвоню тебе вечером, если смогу. О Энн, какое потрясающее развлечение мне предстоит!

Энн осторожно положила трубку. Она ничего не могла с собой поделать: ее охватило чувство потерянности. Ею пренебрегли, ее забыли. Майра встала на ноги, живет своей жизнью, сама принимает решения, покупая платья и заводя знакомства. А ведь всего несколько дней назад она казалась девочкой — ребенком и не более, — привязанной к старшей сестре, и обращалась к ней за советом по любому поводу. Прежняя жизнь кончилась, а новая почему-то не казалась такой привлекательной.

«Леди Мелтон из Галивера». Почему это должно быть лучше, чем «Энн Шеффорд из Литтл Копл» — девушки, чей тихий мир был сосредоточен в тесном доме, который она называла своим, девушки, правившей своей маленькой семьей с любовью в сердце и получавшей в ответ такую же безграничную любовь и обожание?

Какое-то время Энн боролась с собой, боясь потерять самообладание.

«Я перенесу это, — сказала она себе, — как перенесла все остальное». Но в душе остался горький осадок, хотя Энн утешала себя: Майра стала независимой от нее, но близнецы все еще с ней.

Энн пошла к Джону. Некоторое время она не могла сообразить, где его искать, но потом вспомнила: накануне, когда он показывал ей дом, он упомянул, что работает в основном в библиотеке.

Она пошла по длинному коридору и открыла дверь тихо, несколько смущенно, ведь Джону, возможно, не понравится появление близнецов, не говоря уже о леди Мелтон.