Нужно еще решить главную логистическую задачу: как протащить двухметровый скелет в доспехах через весь город незамеченным.

По дороге к подсобке я мысленно обратился к Нюхлю, который сидел у меня на плече.

— Слушай, а ты точно не можешь научить его становиться невидимым? Это бы сильно упростило нам жизнь.

Ящерица с презрением фыркнула и изобразила для меня образ обезьяны, пытающейся научить рыбу летать.

— Ладно-ладно, шучу. Понял. У каждого свои уникальные способности.

Я схватил за ручку старой подсобки, повернул. Открыл дверь и замер. Комната была пуста.

Нюхль соскочил с моего плеча и, как обезумевший, заметался по комнате, заглядывая под старые столы и за пыльные шкафы. Его паника была почти осязаемой. Он пищал и царапал пол когтями. Искал своего друга Костомара.

Я не чувствовал разрыва связи. Значит, он не был уничтожен или изгнан обратно. Он был где-то здесь, рядом.

Активировав некро-зрение, я тут же нашёл его. Слабое, испуганное фиолетовое свечение некромантской энергии исходило из большого металлического шкафа для хранения химических реактивов.

— А ну выходи оттуда, шутник! — я постучал по дверце шкафа. — Тревога ложная!

Дверца шкафа со скрипом приоткрылась, и оттуда, как привидение из детской страшилки, высунулся череп Костомара.

— Я ем грунт, — произнёс он жалобно, с интонацией провинившегося ребёнка.

— Что случилось? Кто-то заходил?

Костомар вылез из шкафа, отряхивая свой медицинский халат от пыли.

— Я ем грунт! — теперь уже с паникой в голосе. — Я ем грунт, я ем грунт!

Кто-то заходил в подсобку, пока меня не было. Медсестра? Или кто-то похуже? Костомар испугался и спрятался. Логично для существа, которое последние столетия провело в тишине и покое моего личного подземелья.

— Всё хорошо, Костомар. Успокойся, — сказал я, кладя ему руку на костяное плечо. — Это был не враг. Просто любопытный дурак. Ты со мной. Никто тебя не обидит.

Скелет медленно кивнул, фиолетовый огонь в его глазницах перестал метаться. Он выпрямился и встал за моей спиной, как верный телохранитель, готовый следовать за мной хоть в огонь, хоть в воду. Хоть в переполненное московское метро.

Что, собственно, нам и предстояло. Ведь я и не ожидал, что смогу вызвать такси в такое время.

Семь вечера. Час пик. Самое неудачное время для транспортировки нежити через город. Улицы были забиты автомобилями, тротуары — людьми.

Я попытался вызвать такси через приложение — «Все машины в вашем районе заняты. Приблизительное время ожидания — сорок минут».

Чёрт. Торчать в больнице ещё час я не мог. Ритуал стабилизации Сосуда нужно было провести как можно скорее, пока Жива в нем снова не начала капризничать. Придётся ехать в метро.