Венька приобнял девушку за плечи, как друга. Меня он обнимает не так. Меня он пытается прижать к своему телу как можно большей площадью, используя для этого всего себя. А тут за плечи одной рукой и лишь ладонью. Дура я, дура….

Услышав надсадное дыхание позади себя, я уже знала, кто это. Подходил он осторожно, так что я даже шагов не слышала. Наверное, боялся, что я в реку сброшусь. Конечно, чего еще от такой истерички ожидать?

Однако, бросаться в холодную мутную воду я не спешила. Более того, искренне обрадовалась, когда он сел рядом со мной на корень дерева.

Его дыхание было рваным и никак не хотело успокаиваться. Он что, всю дорогу от дома за мной бежал? Судя по всему, да. И судя по тому, что он до сих пор не был одет, тоже.

Пересела ближе к нему и положила голову ему на плечо, отчего мои волосы тут же намокли от его пота.

– Я испугался. – Просипел он через минуту.

– Я тоже. – Потерлась носом о его влажную прохладную кожу.

Его дыхание стало немного ровнее.

– Я могу все объяснить. – Тихо сказал он.

Я хмыкнула. Объяснить себе, что я дура, я и сама смогла.

– Поцелуй меня. – Попросила.

– Что? – Неверяще переспросил он.

– Поцелуй меня. – Попросила настойчивее и подняла лицо.

Глаза сознательно закрыла, чтобы не смущать его. Теплые сухие пальцы легли на щеки, слегка погладив их. Горячие губы дотронулись до моих, а потом…. Когда он успел научиться так целоваться? Господи, такое ощущение, что только что пережитый им страх, открыл новую грань в этом мужчине. Он больше не боялся ко мне прикасаться. Он требовал, брал, сражался со мной в поцелуе, сам отдавая не меньше. Когда дыхания перестало хватать, он принялся оставлять мелкие поцелуи на моем лице и волосах.

В итоге, пересадив меня на свои колени и сильно прижав к себе, он просто зарылся носом в мои волосы и принялся молча убаюкивать меня в своих руках.

– Прости. – Пробормотала, когда пришла в себя от такого шквала эмоций. – Я не хотела тебя испугать. Просто….

– Я не он. – Глухо повторил он. – Ты поймешь. Потом.

Я решила пока не говорить, что, кажется, уже поняла. Мне просто было сейчас так хорошо. После такого срыва в душе царило опустошение, которое сейчас сменилось на тихое, только-только загорающееся внутри счастье.

Этот мужчина мой. Причем, мой настолько, насколько это вообще возможно.

– Это Сонька приехала. В интернате вместе жили. Я ее от всех защищал, а полтора года назад замуж выдал. – Я чувствовала его теплую улыбку в голосе. Так говорят о детях, или о питомцах, на крайний случай.

– Верю. – Отозвалась, поняв, что почему-то смертельно устала. Кажется, адреналин совсем схлынул. – Домой поедем?

Надо мной раздался громкий вздох.

Я почувствовала себя еще большей дурой.