А мамуля уже спокойнее спросила:

Закрыв глаза и втянув шею в плечи, я таки пискнула:

И замерла, ожидая ее реакции. Открывать глаза я не хотела, но все же открыла сначала левый, потом правый… И увидела практически округлившиеся глаза мамы. А учитывая, что «твою мать» я больше не слышала, это мне сейчас будет полный кипец…

– Что? – потрясенно переспросила мама.

– Короче, так. – Я села ровнее. – Есть хорошая новость – я отомстила эйтне-хассаш по полной, в общем, с ней все.

– И… все. В общем, с ней. А еще вот хорошая новость – я Дейма спасла.

– Твою мать! К плохим новостям ты когда перейти собираешься?!

Бросив еще один печальный взгляд на закат, я прошептала:

– В процессе разборок нагрянул он… ну, в общем, он. И там так получилось, что он меня узнал и…

Тяжело вздохнув, поведала последнее:

– И забрал меня по праву левого трицепса… в смысле по праву сильнейшего…

Тишина… три… два… один…

– ТВОЮ МАТЬ!!! АРГАЭ МКЕСЕ! ТОЭРНО ГАВАШШ ЭХТЕРРО!..

Удивленно смотрю на маму, осознавая, что я подобное вообще впервые слышу, зато орала мама так, что впереди стоящий блондин едва не свалился от удивления. Оглянувшись, поняла, что двое других тоже в осадок выпали.

Мне даже интересно стало. Глядя на того воина, который чуть не упал, я вежливо спросила:

– А чего это она сейчас сказала? Перевести можете?

Воин обширно покраснел, даже шея, и та покраснела, после чего буркнул:

– Непереводимая идиома.

– Вот так всегда, – печально сказала я.

Потом решила призвать все еще ругающуюся родительницу к порядку:

– Я убью! – прошипела Киара.

В это время где-то внизу послышались недовольные голоса. Все трое блондинов синхронно прижали пальцы к шее, выслушали неведомое послание. Затем передний воин подошел ко мне, поклонился и задал зашибенный вопрос:

– Повелитель интересуется, как долго вы еще будете общаться с матерью?

– А что? – не поняла я.

– Закат подходит к завершению, – пояснили мне.

– А-а… и что? – до меня сегодня вообще все плохо доходит.

Воин удивленно вскинул бровь, чуть нахмурился и спросил:

Пожав плечами, тихо сказала:

– Ну, не знаю. Тут хорошо, ветерок, прохладно. Наверное, еще посижу.

Выпрямился, прижал пальцы к шее, через мгновение ответил:

Но от меня не отошел. Все думала, чего ему надоть, как тут на крышу взобралась черная зверюга, которая притащила… одеяло. Блондин оное взял, меня укутал и снова отошел на свои двадцать шагов!

Шокированная происходящими событиями, сижу. Мама на меня смотрит и тоже в шоке. Потом я решила спросить:

– Ты что-то понимаешь?

– Нет, – ответила ошарашенная мама. – А сбежать можешь?

– Глухой номер, у них кроссы летательные.

– И что делать будем? – Мама прелесть.

– Сидеть, – решила я.