Он его преображал настолько, что у меня дух захватило, и казалось, вот тот самый аттракцион сломался, а я полетела вниз, со свистом в ушах и с бешеным сердцебиением. Черт. Какой же он красивый, когда вот такой настоящий… когда смеется со мной. Андрей вытянул руку, присматриваясь к рисунку.

— Не, ну ничего так. Похож. Правда, волос у меня больше, и голова не квадратная. А так, очень даже. Сколько там у тебя было по рисованию?

— Двойка, Воронов. Я не говорила, что умею рисовать.

— А по пению тоже двойка?

Я запустила в него ручкой, но он поймал ее на лету.

— Да ладно. Я пошутил. Твоя очередь.

— По пению у меня была пятерка, между прочим. Выбирай, Андрей, правда или действие?

— Правда. Люблю людям правду говорить. Спрашивай. Удиви меня.

Я отобрала у него ручку и сунула ее в рот, нервно покусывая. Что б такого спросить, чтоб вывести его из равновесия?

— Хорошо. Кем ты мечтал стать в детстве?

На его лице отразилось искреннее удивление. Он словно не ожидал такого вопроса.

— Ты будешь смеяться.

— Я хотел быть пожарным.

— Поподробнее, пожалуйста. Не зачту ответ.

— Мне покупали фигурки пожарных и машинки с мигалками, а я поджигал кучки веток и тушил пожары.

— Никогда бы не подумала.

— А ты думала о том, кем я хотел быть в детстве? Серьезно?

— Это уже игра или просто вопрос?

— А я не обязана отвечать. Так что или играй, или я пропускаю.

— Правда или действие?

— Ого. Становится все интереснее. Твое самое яркое воспоминание?

Самым ярким моим воспоминанием будут твои поцелуи… я даже невольно тронула губы кончиками пальцев.

— Время, Лекса, время, — он глянул на часы, — твоя минута скоро закончится.

— Поцелуй с мужчиной… — Ответила я и отвела взгляд.

— Поподробнее. Иначе не зачту.

Я посмотрела ему в глаза и слегка вздрогнула — он даже слегка подался вперед.

— Я слушаю, Александра.

— Свой настоящий первый поцелуй, когда от прикосновения губ по всему телу мурашки, а в голове шумит, как от алкоголя, и хочется еще, хочется, чтоб губы болели.

Андрей прищурился и слегка нахмурился, резко отодвинул от себя бутылку с минералкой.

— И много их было, настоящих?

— Всего два, — не задумываясь ответила я, и теперь наши взгляды встретились.

В горле тут же пересохло, потому что я не могла понять, что именно вижу там, на дне его глаз. Они потемнели и теперь лихорадочно поблескивали. Он перевел взгляд на мои губы, которые я все еще трогала пальцами. Резко убрала руку, а он выдохнул. Настолько шумно, что даже я услышала.

— Правда или действие?

— Пусть будет правда.

В голове ярко вспыхнули образы, где он в своем кабинете с этой… Настей. Сразу после меня. К черту эту тему. Не хочу туда обратно. Не хочу, чтоб снова больно…

— Какие сказки ты рассказывал своей дочери в детстве?

Теперь он отшатнулся назад и посмотрел в иллюминатор.