Пока понятливая одевалась, он докурил, тоже поднялся. Надел штаны и взглянул на девчонку. Вчера, поняв, что она что-то задумала, хотел её наказать. Поменял стаканы намеренно, впрочем, даже если бы не догадывался, все равно так сделал бы. Вербин давно вызубрил одну простую истину: нельзя верить шлюхам, наркоманам и предателям. А так как окружение его по большей части из таких и состояло, Андрею приходилось быть всё время начеку. Даже во время отдыха.

– Я начальник СКМ, девочка. Да и до этой должности, как ты понимаешь, не в детском саду работал. Не пацан дворовый и не коммерс озабоченный, которых ты привыкла разводить на бабло. Так что в следующий раз будь аккуратней. Так можно нарваться. По-жёсткому нарваться, понимаешь? Намного серьёзнее, чем вчера. Не тот мужик попадётся – не только сам выебет, но и своим друзьям даст порезвиться. А потом найдут тебя в какой-нибудь канаве со вспоротым горлом.

Она ссутулилась, уставилась в пол.

– Я впервые это… Я просто не сплю ни с кем. То есть, ну… Я только стриптиз танцую. И всё.

– Да что ты? – губы сами расползлись в усмешке. Он уже понял это по алому пятну на простыни. Низ живота прострелило желанием, которое тут же устремилось к паху. Ему определённо понравилось.

– Прощайте, Андрей Константинович, – пригладив волосы, взяла свою сумочку и вышла из комнаты.

– И тебе удачи! – донеслось до неё уже у входной двери. Сдёрнув с вешалки куртку, бросилась прочь, на ходу вытирая слёзы.

Утро начиналось как обычно. С геморроя. В кабинете, будто из-под земли, вырос Миха, воровато оглядываясь, прикрыл за собой дверь.

– Стучать тебя не учили? – рявкнул Андрей, швыряя папку с очередным «висяком» на стол.

– Я ствол потерял, Константинович.

– Чего ты потерял? – даже не сразу сообразил, что тот бормочет. А когда всё-таки дошло, вперился злым взглядом в опера.

– Да… В клубешнике том… Ну, где ты тёлку себе вчера снял.

– Ты чё, Мих? Тронулся, брать на блядки табельное?! – раздражённо выдохнул. – Ты нянечкой в детском саду работаешь?

– Да я это… Забыл оставить после работы… Один раз так вышло и вот…

– Идиот. А если из него в кого-нибудь шмальнут? Чего стоишь? Иди ищи!

Опер вздохнул, виновато склонив голову.

– Да был я там уже… Нету. И никто не видел. Ну, из тех, кого удалось найти. Утро же.

– А ко мне ты поплакаться пришёл? Ищи ствол, Миша! И не приходи, пока не найдёшь! Не знаю, бери адреса всех сотрудников, иди по домам ищи! Давай!

Дождавшись, пока за опером закроется дверь, оттолкнулся от стола, отъехал на кресле к окну и, открыв форточку, закурил. Снова вспомнил девчонку, с которой провёл ночь. Он отчётливо помнил данные её паспорта. Ей двадцать три. Двадцать три года и девственница. Даже не знал, что такое бывает ещё.