Размышляя об этом, я вернулась в свои комнаты. Снова переоделась — облачилась в золотистое платье, потому что расстроенная тетушка решила, что на четвертое испытание мне стоит отправиться именно в нем.

Расстроилась она чуть ли не до слез из-за того, что сопровождающих и компаньонок на баржу не брали. К тому же тетушкина печаль усилилась еще и из-за факта, что на барже с нами будет король — ее дорогой Реджинальд, которого ей так и не удалось повидать.

И даже мой рассказ о том, что король на меня накричал, а в Изабель кинул куриной ногой, нисколько не поумерил ее энтузиазма — тетя Мюри твердо была уверена в том, что ее дорогой брат попросту обладал немного раздражительным нравом, а вчера он был слегка не в духе.

Думая о характере короля — вернее, о том, что мне стоило всеми силами избегать новой с ним встречи, — я довольно скоро покинула Восточное Крыло и заняла место в одной из черных с алыми фениксами на боках карет, целый караван из которых отбывал в город от парадного дворцового крыльца.

Естественно, в сопровождении отряда гвардейцев и королевских магов.

Со мной в одной карете ехали Изабель и Лесли, а также непонятно каким образом просочившийся к нам Вильфред Моррис, заявивший, что ему дали позволение сопроводить нас до речного причала.

Там избранниц будет поджидать баржа, и Моррис встретит меня по завершении трехчасовой прогулки.

Ворсли, тоже получившие похожее разрешение, устроились на запятках кареты, тогда как Мун Кина нигде не было видно. Я терялась в догадках — попал ли он в немилость у Годдартов или же отправился выполнять мое поручение и покинул дворец? Думала об этом с тревогой — и еще о том, что мне не помешает поговорить с Кироном, рассказав ему, какой приказ я отдала начальнику шиалорской стражи.

Но ни его, ни принца Роланда на дворцовом крыльце не было — зато десять черных карет вполне резво скатились с Капитолийских Холмов и направились к центру города. Оказалось, Роланд собирался поджидать нас на барже, но будет ли там Кирон, Вильфред Моррис не знал.

К тому же на мой вопрос он окинул меня насмешливым взглядом, заявив, что все со мной ясно, на что я фыркнула и отвернулась к окну.

Тут Вильфред добавил, что на барже будет еще и король. Я уже знала об этом от тетушки Мюри, зато Изабель нахмурилась, заявив, что речная прогулка, несомненно, пройдет крайне увлекательно.

И ее голос был полон сарказма.

Впрочем, вскоре Изабель перестала хмуриться и принялась глядеть по сторонам, сказав нам, что Авенна удивительно прекрасна. Я тоже поглядывала на красоты столицы, тогда как Лесли все время высовывалась наружу, чтобы посмотреть, как там братья Ворсли, а заодно им и помахать.