Помещение не очень большое, и каждая из моделей, разумеется, надушилась. И вот теперь все эти ароматы, наверняка классные сами по себе, смешались в один, и я болезненно морщусь.

Холодный поток из системы вентиляции совсем не помогает очистить воздух от запахов. Зато меня слегка морозит, и я ежусь. То ли тут действительно прохладно, то ли это нервное. Скорее второе, потому что морозит, похоже, только меня.

А все же интересно, для чего Рокотову понадобились эти модели?

Смотрю на них, и у каждой на лице написано: «Я с радостью закручу недолгий роман с генеральным». Недолгий, ведь других у Максима Романовича не бывает.

В лучшем случае, по рассказам местных сплетниц, это будет пара недель встреч, несколько презентов на память, и адье, ма шери. То есть «прощай, дорогуша».

Кому как, а мне такой формат отношений не нравится от слова совсем.

Додумать эту мысль я уже не успеваю, потому что дверь резко открывается, и внутрь уверенно заходит он. Максим Рокотов. За ним семенит высокая красивая брюнетка в строгом костюме.

Мать моя женщина... На мгновение у меня перехватывает дыхание, я громко сглатываю, и меня всю обносит мурашками. Кажется, я даже приоткрываю рот.

Что я могу сказать? Фотографии совсем не передают действительности. Роскошный мужчина. Стильный, высокий, широкоплечий. Холеный. И пусть он в синем пиджаке, все равно видно, что мускулистый и спортивный. На левой руке поблескивает золотом браслет массивных дорогих часов.

Ко всему этому прилагается стильная стрижка, прямой подбородок и прямой нос. Ухоженная щетина.

У него поза хозяина жизни. От Рокотова веет уверенностью, решительностью, властью и силой.

Все портит взгляд. Жесткий, проницательный, оценивающий. Холодный. Никакого намека на улыбку. Мне становится не по себе. Не дай бог такому перейти дорогу... Сразу понимаю, как он достиг такого ошеломительного успеха.

— Добрый вечер, — басит Рокотов, слегка прищуривается и скользит взглядом по моделям.

Все девушки, как одна, резко подбираются и приосаниваются. Кроме меня.

В зале воцаряется тягучая тишина.

Я громко сглатываю и цепенею. Сердце бешено бьется и замирает в ту секунду, когда он все-таки переводит взгляд на меня. Мои глаза округляются сами собой, и меня бросает в дрожь. Это даже не взгляд, это самый настоящий рентген.

Рокотов смотрит снизу вверх, на секунду задерживается на моем лице. Ему бы в покер играть — на лице ни намека на эмоции.

Фу-у-ух... Наконец-то он отворачивается, снова проходится взглядом по остальным моделям. Кажется, пронесло.

Только я собираюсь выдохнуть, как он в полной тишине обращается к той женщине, что пришла с ним:

И указывает на меня.

— Ирина, согласуй все моменты, — добавляет Рокотов.