Не знаю, сколько времени займёт сражение, но скоро начнёт темнеть, и всякое может быть.
Только вся подготовка и опасения оказались напрасными. Позже стало известно, что крысы побежали с тонущего корабля, как только узнали о моём появлении в столице. Стоит признать и заслугу Шешковского, который подослал людей к офицерам преображенцев, убедив многих отказаться от сопротивления. Можно сколько угодно хулить российское дворянство, но среди его представителей мало отъявленных мерзавцев, готовых хладнокровно убивать соотечественников. Одно дело — ненавистные голштинцы Петра III, которые, впрочем, особо не пострадали.
Поэтому кордоны, выставленные Бутурлиным[1], неожиданно примкнувшим к Орловым, были сметены в несколько мгновений. Где-то мои люди воспользовались неожиданностью, но, по большей части, противник не сопротивлялся. Кстати, упомянутого старика Бутурлина, являющегося командиром преображенцев, я щадить не собираюсь. Дяденька последовательно предал всех свергнутых императоров, умудрившись расти в чинах и богатеть. Ещё и на прошлой войне этот паркетный фельдмаршал натворил дел, уморив тысячи русских солдат, и принёс державе неисчислимые убытки.
Правда, есть сомнения, что позволят. Но мы ещё посмотрим, кто кого! Я, как хищник, почувствовал запах крови. Только в моём случае — это привкус власти, который пьянит и сводит с ума.
— Ваше Величество, здесь опасно, и в вас могут попасть. Думаю, у бунтовщиков хватает метких стрелков, — произнёс подошедший Алонсо, только что отдавший распоряжение штурмовому отряду, — Мы сейчас подтянем орудия и начинаем.
— Конечно, посылайте. Я же не изувер, наслаждающийся видом крови своих подданных, — произношу под внимательным взглядом офицеров, примкнувшим к моим рядам.















Комментарии
Добавить комментарий