Сволочное подсознание играло по-грязному, выворачивая страхи наизнанку. И среди излюбленных вывертов этой твари – подсовывание лица Селесты. Теперь уже она истекала кровью и просила ее убить за то, что из-за меня ей пришлось вернуться на Цварг. Я просыпался в поту на узкой койке и долго сжимал простыню в кулаке, уговаривая себя, что все это лишь сны.

– Кассэль, пройдите в переговорную номер пять. Вас ждет адвокат, – раздался электронный голос в динамике под потолком, выдергивая меня из пучины всепоглощающих мыслей о любимой женщине.

Мощная входная дверь отъехала в сторону. На полу коридора загорелись оранжевые диодные стрелки, куда мне следует идти. Полная автоматизация… и бежать некуда – вокруг лишь бетон и камень. Впрочем, бежать я и не собирался. Цварг всегда был цивилизованной планетой, и в глубине души теплилась надежда, что все вот-вот закончится и я наконец увижу Селесту.

Когда очередная дверь, теперь с табличкой «№ 5», отъехала в сторону, пришлось подслеповато сощуриться – в отличие от коридора и камеры здесь были окна. Узкие как бойницы и высоко под потолком, чтобы через них нельзя было совершить побег, но до рези яркий полуденный свет заливал все помещение.

Через белое марево постепенно проступили очертания металлического стола и нескольких белых пластиковых стульев. На одном из них с кипой бумаг и папок сидел усталый худощавый полуцварг с небольшими рогами-наростами. Он поднял задумчивое лицо, сплошь усыпанное желтыми веснушками, и стеклянно-отрешенным взглядом посмотрел сквозь меня. Рассеянно моргнул, сконцентрировал зрение на новом объекте и… удивился. Эмоции отчетливо слышались в воздухе и проступили на необычном лице. Полуцварг резко поднялся, протягивая ладонь для рукопожатия.

– Здравствуйте, меня зовут Мишель Марсо, я ваш адвокат. А вы Льерт Кассэль, верно? Приятно познакомиться.

Теперь настал мой черед удивляться. Постоянное раздражение – спутник, с которым я спал, ел и бодрствовал, – на некоторое время улеглось и тихо заворчало. Впервые за последние дни кто-то весьма нейтрально назвал мое имя, не облив с ног до головы презрением. Я машинально пожал руку и кивнул.

– Простите. – Мишель повторно потряс мою руку. – Я просто… ожидал увидеть кого-то другого… в смысле, я представлял вас по-другому, – сбивчиво произнес он.

– Врожденная регенерация работает отлично, на теле нет ни одного шрама. Рога, к сожалению, высохли под ярким солнцем на астероиде, там же изменился цвет кожи, но по большому счету это все. Если вам сказали, что ваш клиент бывший заключенный и раб, то это преувеличение…

– Да нет, не в этом смысле. – От юриста пахнуло легким смущением, но как только рукопожатие распалось, оно пропало.