Та выполняет команду, укладываясь на постель. Чуть сгибая ноги в коленях, широко разводит их.

Опускаю взгляд на промежность. Ничего особенного, в принципе. Всё точно так же, как у всех. Только вот осколки разума оригинального Тео на неё реагируют совсем иначе. Я бы сказал, с диким вожделением.

Морщусь от нахлынувшего изнутри потока желания. Не ожидал, что слившаяся со мной часть разума пухляша, окажется способной на проявление чего-то подобного.

— С этого момента ты будешь чувствовать нарастающее возбуждение. С каждой секундой оно будет становиться всё больше, но кончить без моего разрешения и моего прикосновения ты не сможешь.

Когда заканчиваю, вижу, как та удивлённо поднимает брови. Но уже через несколько секунд опускает взгляд ниже, как будто пытаясь рассмотреть свои половые губы. Пытается что-то сказать и я даю разрешение.

— Можешь говорить. Только тихо.

Девушка сразу же пользуется новой опцией.

— Как ты это делаешь? Зачем?

— А ты ещё не догадалась? Тео, который был вечной грушей для битья, внезапно стал менталистом. Как видишь, вполне неплохим. И теперь намеревается отомстить за всё, что ты с ним вытворяла.

Та прикусывает губу, разглядывая меня. Стонет.

— Почему ты… Говоришь о себе в третьем лице?

Вопрос правильный. Но отвечать я на него не планирую. Вместо этого молча стою на месте, рассматривая девушку. Вот половые губы начинают блестеть от выделяющейся смазки. А теперь она пытается сомкнуть бёдра.

— Нельзя. Оставайся в той же позе. Хочу полюбоваться процессом.

На самом деле, остатки сознания толстяка яростно бунтуют, желая либо трахнуть девушку, либо придумать что-то намного более жёсткой. Но мой мозг и так еле работает — проще пойти по уже отработанному шаблону.

Вот и вибрации тонкого плана. Не знаю, как она до сих пор сдерживалась, но сейчас они идут щедрым потоком, освежая сознание и смягчая боль.

— Чего ты хочешь? Чтобы я тебя просила? Умоляла?

Храню молчание, наблюдая за ней. Спустя какие-то двадцать секунд, Сидни не выдерживает.

— Хорошо! Трахни меня! Вставь уже свой член!

Отрицательно качаю головой.

— Как-то просто. Без изюминки. Если честно мне даже скучно.

Та хрипит что-то неразборчивое, а я усаживаюсь на стул и наклоняюсь к полу, поднимая тапочки. Показав их девушке, бросаю в угол. Разжимаю губы в усмешке.

— Будь послушной сукой, принеси их. В зубах.

Девушка моментально срывается с кровати. Оказавшись на полу, встаёт на четвереньки и ползёт к тапочкам. Пытается схватить их в зубы, но сразу же роняет один. Повторяет попытку. Наконец, с седьмого или восьмого раза у неё получается и шлюха ползёт обратно. Оказавшись около моих ног, пытается прижаться щекой, заставляя меня сразу же отдать команду.

— Не касаться без разрешения. Тапочки на пол.

Разжав зубы, роняет “добычу”.