И вообще, я все тебе покажу! Ты ведь, вероятно, и купить что-то захочешь?

Элле было совсем не до достопримечательностей. Обида первых минут не проходила.

Она молча смотрела в окно.

— А ты была замужем? — спросила после паузы мать.

— Ничего. Развелись.

— Сколько ты с ним прожила?

— А дети? Почему у тебя детей нет?

— Потому что у меня была внематочная, а после операции сказали, что уже не будет… А у тебя больше нет детей?

— Нет, ты у меня единственная!

— Элла, детка моя, я понимаю, тебе трудно…

— А тебе разве легко?

— Нет, мне тоже трудно. Я чувствую себя бесконечно виноватой, а ты только усугубляешь мою вину…

— Извини, я не нарочно. Просто мне нелегко освоиться с мыслью, что у меня есть мать.

Элла сама поняла, что это прозвучало жестоко и, пожалуй, даже грубо.

— Я вполне тебя понимаю, но, надеюсь, мы сумеем преодолеть… Я постараюсь.

— Ну вот, мы почти приехали. Тут рядом знаменитый дворец Шенбрунн и чудный парк, я по утрам там бегаю, а ты бегаешь?

— А еще я хожу в бассейн, Ты ведь хорошо плаваешь, да?

— Еще бы! Я сама тебя учила плавать. А вот и мой дом!

— Да. Это очень престижный район!

Она пультом открыла ворота глухого, высокого забора и въехала во двор. Взору Эллы предстал большой, красивый дом, увитый виноградом.

— Какая прелесть! — вырвалось у нее. — А сад какой огромный!

— Скорее это маленький парк, — с гордостью ответила мать. — Знаешь, раньше здесь жила знаменитая оперная певица, но потом дом купил мой муж… Он был врач… Очень крупная величина. Я обожаю этот дом! Когда-нибудь он будет твоим!

Вот только этого мне и не хватало, испуганно подумала Элла.

— А кто же здесь убирает и за садом следит?

— В основном я сама, но раз в неделю приезжает супружеская пара: она убирает дом, а он занимается садом. Ну пойдем, покажу тебе твою комнату.

Дом был великолепен. Они поднялись по красивой деревянной, устланной ковром лестнице на просторную площадку. Элла успела заметить, что мебель везде старинная, в прекрасном состоянии, на стенах, даже на лестнице, висят картины. Мать открыла высокую филенчатую дверь:

— Вот твоя комната, а вот ванная, там дальше туалет.

Все это размещалось на, отдельной площадке второй лестницы, над которой висели большие фотографии в рамках. На одной Элла узнала Ельцина с седым, представительным мужчиной. Мать, поймав ее взгляд, улыбнулась:

— Это мой муж с вашим президентом. А это Леонард с Альбертом Гором. Ну ты потом все посмотришь. Располагайся. Тут два шкафа, надеюсь, ты поместишься со своими платьями.

Комната была очаровательная, обставленная в сельском стиле, особенно Элле понравился комод из крашенного в синий цвет дерева, неполированный, без всякого блеска. А еще увитое виноградом окно. За окном она увидела только кусты и деревья.