Потому что не только она изменилась за то время, которое мы провели врозь. Я принял несколько важных и трудных для себя решений, и мне необходимо, чтобы она об этом знала.

Ксюша

Праздник для меня окончательно испорчен. Уже не имеет смысла делать вид, что я готова веселиться и непринужденно общаться. Все, что я делаю, это без конца смотрю на ребенка моего мужа. Смотрю и сравниваю их, ищу общие черты, потом перевожу взгляд на его мать, не в силах осознать, какие чувства испытываю к ней. Наверное, я должна ее ненавидеть, ведь это она разрушила наш брак, вмешавшись со своим больным ребенком в наши отношения. Но вместо этого я испытываю болезненное, нездоровое любопытство. Мне хочется узнать, чем она руководствовалась, понять ее, узнать, наконец, что за отношения у нее с Глебом сейчас и насколько они с сыном участвуют в его жизни.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Хозяйка дома находит меня стоящей в одиночестве. Наверное, от Эли мне не удастся скрыть своего состояния, но у меня нет сил изображать радушие.

– Ксюш, может, поговорим? – делает она попытку расшевелить меня.

– Все в порядке, Эль, я просто немного взволнована разговором с Глебом. Мы договорились встретиться завтра и обсудить наш развод. Думаю, это хорошая возможность расставить все точки над i.

– Надеюсь, к чему бы вы не пришли, все образуется, – ободряюще пожимает мое плечо Эля. – Как насчет еды? Ты еще не пробовала закуски, тарталетки с грибами такие вкусные, что я готова в одиночку умять все!

– Ладно, давай поедим, – соглашаюсь, идя за ней.

Мы наполняем свои тарелки и садимся на длинную деревянную скамью, наблюдая за детьми. Соня ни на шаг не отходит от Вовы, бросая ревнивые взгляды на девочку, которая вьется вокруг них.

– У нас тут целая драма с любовным треугольником, – заметив мой взгляд, говорит Эля. – Видишь светленькую девочку? Они с Соней были лучшими подружками, пока в их группу не пришел этот мальчик Вова. Они начали дружить втроем, но потом обе девочки решили, что он должен быть их парнем. Бедный малыш с тех пор разрывается меж двух огней.

Если бы я не знала, чей сын этот Вова, история показалась бы мне забавной. А так, я радуюсь тому, что есть повод расспросить о нем.

– А он хороший мальчик? Кто его родители?

– Хороший, – улыбается Эля, глядя на детей. – Боится обидеть девочек, поэтому старается угодить каждой. Если честно, я просто разрываюсь от жалости, потому что он болеет. Какая-то генетическая болезнь. Ты ведь знаешь, как я отношусь к таким детям после того, что мы пережили с Соней. Демид даже предлагал помощь его родителям, но они отказались. Вон, кстати, его мама. Разговаривает с Демидом.

Я бросаю взгляд на Алису, которую уже узнаю.