Не вздрогнула я с трудом — на ловца и зверь. Вот только ловец был не тот, о моем контакте с Даудадзе в оговоренном с Орловым плане речь не шла.

— И что же вы конкретно хотите услышать, господин полковник? — иронично дернула я уголками губ. — На каком счете зависло наше противостояние?

Зал на мою реплику вновь ответил смехом, что не отменяло интереса.

— И это — тоже, — довольно добродушно отозвался Даудадзе, вписавшись в общий фон происходящего, похожего на дружеский разговор за чашкой кофе, — но в вашем случае мы имеем едва ли не обратную ситуацию той, которая является темой доклада. Вариант, когда спецслужбы отрабатывали свои задачи под прикрытием маршалов.

— Вы имеете в виду «Зерхановский апокалипсис»? — уже другим тоном уточнила я.

Вспоминать об этом не хотелось. И не только здесь, и не именно сейчас.

Первые контакты, первые наметки будущих схем совместной работы, первое осознание, что мы — команда…

Полтора года, для которых у меня не находилось четкого определения.

— Как минимум, — кивнул Даудадзе, явно намекая на то, что его любопытство простирается значительно дальше.

— Тогда начнем со счета, — я спустилась с возвышения, подошла ближе к первому ряду, остановившись напротив Низморина, но так, чтобы держать взглядом и Даудадзе, и Ровера. — Лидирует пока служба Маршалов, но мы стараемся этот факт не афишировать.

— Это как? — Даудадзе явно не ожидал подобного ответа. Да и не он один.

— Благодаря особому положению, в котором мы уже не «те», но еще и не «эти», навыки выживания у нас развиты очень высоко. Это позволило без особых потерь уяснить одну истину, — начала я объяснять, заставляя себя смотреть на Даудадзе с лукавством. — Из двух вариантов: мы должны или нам должны, второй выглядит предпочтительнее.

— Вы говорите о добровольности собственного участия в подобных операциях? — не задержался он со следующим вопросом.

И ведь бил точно, великолепно зная, о чем именно спрашивал.

Свести все к шутке? Перевести стрелки на Лазовски?

Принять решение я не успела. Сорвав настрой и напомнив, что за стенами этого здания нас всех ждали иные задачи, в зал быстрым шагом вошел дежурный офицер и направился прямо ко мне.

— Вас срочно вызывают, — подойдя ближе, чуть слышно произнес он. — Ваш заместитель.

По требованию безопасников средства связи во время докладов блокировались, все контакты шли только через оперативный штаб.

— Прошу меня извинить, — пожав плечами, посмотрела я на Даудадзе, — служба.

Он понимающе улыбнулся и перевел взгляд на Лазовски, предлагая тому продолжить разговор. Оставлять свой интерес без удовлетворения он явно не собирался.

Забрав с трибуны планшет, я вновь спустилась в зал. Дежурный офицер меня дожидался, продолжая стоять в самом начале центрального прохода.