Выдохнуть, влить, занюхать, закусить…

Блаженное тепло вновь опалило, пролилось внутрь, сжигая рубежи тревог и забот и даря пусть и недолгое, но расслабление.

От баньки я отказалась — к ней прилагалось добровольно-принудительное купание в озере, но это стало единственным отступление от ритуала, которое мне было дозволено. Все остальное — без поблажек. Словно признание, что я среди них не гостья — своя. А то, что женщина…

Война не уравнивала, она просто делала выбор более жестким.

— Валер, — вальяжно откинувшись на спинку лавки, на которой сидел, начал вдруг Воронов, — а чем закончилась та эпопея? Ну, с барышней… С секретаршей Даудадзе.

— Не с секретаршей, — скосив на меня взгляд, поправил Низморин, — а с пресс-секретарем Управления перспективных разработок.

— Во! — Воронов поднял вверх указательный палец. — Слышал, Николай, пресс-секретарь! Тьфу, — сплюнул он на землю, — а то никто не знает, за какие заслуги и каким образом она там оказалась!

— Каким? — вновь бросив быстрый взгляд в мою сторону, уточнил Низморин. — Кажется, я не в теме.

— Ты?! — возмущенно воскликнул новоиспеченный генерал и даже попытался подняться, но, дернувшись, сбил стоявшую на самом краю полупустую бутылку, успел ее поймать, не расплескав ни капли, и, водрузив обратно на стол, снова сел. — Дерьмовая у нас служба, — угрюмо вздохнул он, — вместо того чтобы любить женщин, мы их пользуем. А, Николай! — он повернулся к генералу, который едва ли не безразлично наблюдал за разыгрываемым представлением.

— Не обращай внимания, — наклонился ко мне Орлов. Говорил хоть и шепотом, но достаточно громко, чтобы слышали и остальные, — у него с этим Даудадзе давние счеты. Да и в Штабе его сегодня потрепали, вот и срывается.

— А тебя что, не потрепали?! — гаркнул вдруг Воронов, ударив кулаком по столу. Многострадальная бутылка покачнулась, но теперь ее спасением занялся Низморин, переставив ближе к центру стола. — Ведь тоже хочется кого-нибудь придушить?!

— Так что там с барышней? — сделав вид, что не услышал вопроса, полюбопытствовал Орлов. Вот только интерес в его голосе напрочь отсутствовал.

— А ничего! — усмехнувшись, развел руками Валерий. — Комплименты, шоколадки, ужин в хорошем ресторане, а дальше ни шагу. Да и контролируют ее. Мальчики серьезные, я их с трудом взял.

— Опа-на! — довольно хмыкнул Воронов. Куда только делось его возмущение всем и вся. — Все-таки есть!

— Я бы не стал заявлять столь категорично, — качнул головой Низморин. — Один раз еще не система. Надо…

— Никаких систем, — тем же ровным тоном оборвал его Орлов. — Еще пару раз встреться, сыграй в недовольство и уйди в сторону. Тем более что следующей жертвой твоей любвеобильности станет Элизабет.