Мне нужны грубые вызовы на допрос, обыски, задержания… Все, что будет происходить, должно выглядеть страшно и трактоваться однозначно: мы взяли след.

— А извиняться будем потом, — Орлов чуть склонил голову к плечу. Ухмыльнулся. — Звучит многообещающе.

— Это значит — да? — приподняв бровь, уточнила я.

— Это значит — я думаю, — поправил он меня. Оглянулся… на кого именно не угадать, но я бы поставила на Кривых. — Вот что, — вновь посмотрев на меня, начал он спустя затянувшуюся для меня секунду, — как предварительный план принимаем. На согласование — час. Если будет добро сверху…

— Час? — не поверила я. Правительство, стархи, демоны, шейханат…

— Через час адмирал Ежов свяжется с подполковником Низмориным, — поднялся Орлов. — Все, что могу, я сделаю, но… — он развел руками.

— Тогда мне придется придумать что-нибудь еще более неординарное, — «успокоила» я его.

— Вот именно это я и использую, как главный аргумент, — посмотрел он исподлобья. Перевел взгляд с меня на… Степку, спросил, не скрывая искреннего интереса: — Настоящий?

Я, улыбнувшись, качнула головой:

— Ну и ладно, — вздохнул он. — Ты там…

Я поспешила перебить:

Его ответный взгляд был понимающим — просьба беречь себя в этом антураже отдавала драматизмом.

— Все под моим личным контролем, — произнес он уже твердо. И добавил… коротко. Ставя точку: — До связи!

— До связи, — повторила я, глядя на уже посеревший экран.

— Ну и как? — подходя, сбил меня с мелькнувшей меланхолии Валанд. — Легко быть начальством?

— Мне тебе посочувствовать? — фыркнула я. Потом, грустно улыбнувшись, вздохнула: — Пойду-ка я пока займусь своей любимой аналитикой.

— Я провожу, — поднялся Тормш.

— Не стоит, — забирая паука со стола, остановила я его. — Начинайте думать, как потом перед лиската оправдываться будете, — не без легкого злорадства добавила я, отходя к двери.

— А ты, значит… — угрожающе протянул Валанд, успев преградить мне путь.

— А я, значит, — подмигнула я ему, пряча за наигранным весельем ощущение, что сама только что засунула голову в петлю, — еще не то начальство, кому предстоит за все это отдуваться. Мое дело маленькое…

— Ты уверена, что… — взгляд Марка был более чем серьезным.

— Это же Орлов, — хмыкнула я, зная, что не обманула.

Оптимизм закончился, стоило выйти в коридор. В голове продолжал звучать вопрос генерала: «Ты хоть понимаешь, на что замахнулась?», став мерилом будущих действий.

— Ты когда-нибудь ошибалась? — не дал мне продолжить рефлексии раздавшийся рядом голос.

— Ошибалась, — неторопливо повернулась я. И хотела бы испугаться, но не с теми мерами безопасности, которые были приняты на базе аркатов. — И ценой моей ошибки была жизнь.