Звучало оно, как оскорбление памяти тех, кто погиб во время конфликта между Союзом и Самаринией.

— Извини, — Злобин тяжело оперся о край стола, опустил голову. — Паскудно на душе.

— Мы это прогнозировали, — ровно отозвался Орлов. Спокойно встретил ершистый взгляд Бориса.

С Соболевым тот был знаком дольше Орлова, да и сталкивался чаще, возглавляя до недавнего времени один из оперативных отделов службы собственной безопасности Флота. Ударная армада входила в сферу его контроля, контактировал с адмиралом плотно.

— Чего ты хочешь? — Орлов все-таки не сдержался. — Знаешь ведь, прервать поток грязи несложно, только дать команду, а дальше? Пока они пытаются избавиться от Соболева подобными методами, можно считать, что адмирал в безопасности.

— Да понимаю я, — махнул рукой Злобин, отходя от стола, — но — противно. — Посмотрел на Орлова… оценивающе: — Не уверен в своем решении?

— Уверен, — твердо ответил он. — Но, как ты говоришь, на душе паскудно.

— Элизабет — не единственный вариант. Аналитики такого уровня…

— Элизабет полностью готова к работе, — довольно резко оборвал его Орлов. Извинился взглядом: — Ханаз со мной согласен, Лазовски — тоже. Если мы будем тянуть и дальше, она перегорит, окончательно потеряет кураж.

— А может, так оно и лучше? — с горечью усмехнулся Злобин. — Не женское это дело!

— Не женское, — не стал спорить Орлов, — но война не станет делить на мужчин и женщин. Она просто придет…

— Ты отдал приказ об отмене перехвата? — прервал его Злобин, давая понять, что обо всем остальном говорить не стоит.

— Да, — усаживаясь в кресло, подтвердил Орлов. Еще раз посмотрел на принесенные Борисом распечатки, бросил их в утилизатор, — так что будь готов.

— Вроде и так готов, — усмехнулся Злобин. — Это тяжело, выставлять на рубеж тех, кто тебе дорог? — неожиданно спросил он, застыв точно в том месте, где не так давно стоял Орлов.

Своей семьи у Злобина не было… так получилось, из близких лишь дочь друга, которую тот опекал. Не по документам — рано лишившись родителей, Аксинья предпочла интернат приемной семье, а по сути.

— Тяжело, — не вдаваясь в подробности, ответил Орлов. — Я хотел тебя попросить…

— Да, — коротко отозвался Злобин, тоже предпочтя обойтись без уточняющих вопросов.

— Ты прекращай обрывать разговор об Элизабет стоит появиться Лазовски. В отношении нее он адекватнее нас всех.

— Адекватнее? — переспросил Злобин. — Это возможно? — Недоумение было искренним.

— Он никогда не забывал, что она — оперативник, — вновь переведя взгляд на стол, небрежно бросил Орлов. — А для нас она все еще его жена.

Злобин скривился, качнул головой:

— Не понимаю я вас, контрразведчиков! То ли вы…

— То ли, — Орлов поддержал попытку пошутить.