— Знаю, что ему больно, тяжело… Понимаю, как это — ощущать бессилие, невозможность что-либо изменить, но…

— Зато он чувствует тебя, — Ежов говорил если и не осторожно, то… аккуратно. — Как для Ильдара Мария является источником силы, средоточием стабильности дара, так и для Римана ты — основа.

— Предлагаете мне выбыть из игры? — иронично уточнила я, несмотря на свою ершистость, принимая слова Ежова.

Свой выбор я сделала сама.

— Предлагаю думать за двоих, — поправил он меня. Посмотрел на Злобина, продолжавшего стоять неподалеку. — Если понадобится, адмирал за тебя глотку перегрызет.

 — Сделал паузу… я думала, давая возможность осмыслить, но Ежов закончил совершенно не так, как ожидала: — За меня, кстати, тоже. И за Орлова. И за Шторма…

— А за Ровера? — не удержалась от колкости. Когда тот был готов ответить, подняла руки в защитном жесте: — Не надо!

Когда я направилась к катеру, останавливать никто не стал. Так и стояли, продолжая смотреть вслед, вызывая безотчетное желание передернуть плечами.

Риман к этому гадливому ощущение не имел никакого отношения. Просто…

Просто в их жалости я не нуждалась.

Обратная дорога вернула все на свои места, заставив вновь окунуться в реальность.

Мы только прошли дальний контроль, как на командный пришел вызов. Личный…

Подняв защитное поле, несколько суетливо ответила. О родных я ни на минуту не забывала, но они оставались где-то там, за спиной. Надежным тылом…

— Привет, ребенок! — улыбнулся мне с внешки отец. Несмотря на то, что хорохорился, выглядел измотанным.

У него имелась своя службы, и… свои риски.

— Как мама? — не ответив на приветствие, тут же спросила я.

Старший Мирайя понимающе вздохнул… разделяя мое понимание всей некрасивости этой ситуации.

У нас были причины, но разве они оправдывали?!

— Сетует, что совсем тебя не видит, — спустя мгновение улыбнулся он. — И жутко за вас всех беспокоится.

— Я ведь даже обещать ничего не могу… — сглотнула я вставший в горле ком. — Все так…

— Не объясняй, — оборвал он меня. — Элиз, — продолжил он, не оставив мне возможности покаяться, — мною интересуются.

— Кто?! — тут же напряглась я, чуть наклонившись к экрану. — СБ? ССБ?

Он качнул головой, но легче мне не стало. С этими я знала, что делать, другие могли оказаться не по зубам.

— Управление оперативных разработок, — не заставил он меня терзаться вопросами. — Кто именно — не знаю, но друзья шепнули, что очень плотно.

Вот тебе и еще одна реакция. И не сказать, что совсем уж неожиданная — просчитывалось, но я надеялась, что не так скоро.

— Конфликты? Стычки? Предложения, от которых было трудно отказаться?

— Предложения, — подтвердил он правильный ход моих мыслей.

Интерес — интересом, но если что серьезное, нужна зацепка.

Как оказалось, она — имелась.