Не поняла? Они сейчас будут ночевать у меня? На моем и без того расшатанном диване?

— Душ? Какой душ? Вы что?.. Ночуете здесь?

— Крис, все завтра, ок? Просто задолбался сегодня, дай полотенце.

Артём правда выглядел уставшим, ушел в ванную, а я стала искать полотенце.

— Почему у тебя ничего нет пожрать кроме пельменей? Ты ведь женщина, — Игорь шарит по моему холодильнику и полкам шкафов.

— Громов, я женщина, а не кухарка, и меня часто не бывает дома, пельмени — это еще роскошь.

— Конечно, иначе вы сожрете меня.

В ванной шумит вода, Игорь уже снял пиджак и рубашку, что-то набирал в телефоне, поставила кастрюлю с водой на плиту. За окном глубокая ночь, я на своей кухне, варю своим мужчинам пельмени.

— Иди сюда, — Игорь тянет за руку, усаживая на колени. — Испугалась?

Он проводит по моему лицу пальцами, задевая губы, смотрит на них, потом в глаза. Он тоже устал, глубокая морщина между бровей, но в зеленых глазах огонь.

— Бывший говорил что-то про налоговую, не поняла, о чем он, но, наверное, это по тем бумагам, что я подписала, лишь бы он отстал.

— Да, влез в очередную историю, ему почти шестнадцать, реально может сесть.

— Вроде все. Ваш, а теперь и мой друг Рогозин требует и угрожает.

— Это наши проблемы. И запомни: все, что связано с тобой, это тоже наши проблемы.

Звучит красиво, даже сердце дрогнуло.

Не стала говорить о первом пилоте и Жанне, там и так все ясно. Выйду из отпуска и буду работать с другим экипажем, это нормально.

— Что дальше, Игорь?

— А если не будет? Если все будет плохо? Ведь такое возможно?

В моей голове миллион вопросов, а еще столько же вариантов развития событий и наших отношений.

Смотрю с тревогой в его лицо, он сам напряжен, сильно сжимает мою талию, прислоняется лбом к плечу, глажу по волосам, вдыхая запах смородины и сандала.

Такой большой мужчина и сейчас такой уязвимый, это подкупает.

— Не думай об этом. Никогда так не думай.

Мне страшно их потерять. Вот сейчас реально страшно.

Вода кипит, а мы так и сидим, не двигаясь с места. Лишь тепло мужских рук, мои мотыльки в пьяном полете, а потом губы Игоря на моих и дыхание — одно на двоих.

— Ничего не бойся и ни о чем не думай, я накажу любого, кто обидит мою женщину.

— Артём, уходить надо, облава.

— Чиж, не гони, какая облава? Это закрытый клуб.

Сижу, даже не думаю двигаться с места, пальцы порхают по клавиатуре, мозг лихорадочно соображает, нейроны принимают информацию, тут же передают ее дальше. Я вижу только яркий прямоугольник экрана ноутбука и цифры, всплывающие, словно из ниоткуда.

Вскрыть сервер одного из крупнейших банков оказалось плевым делом, и вот уже деньги вкладчиков кочуют на подставные счета. Осталось всего несколько минут, чтобы подчистить концы, и какая-то облава мне совсем не нужна.