— Сейчас вам всё объяснят и расскажут, — пообещал я девицам. — И о самолётах, и о десантниках, и о спасении Лены. И о многом другом.

Улыбнулся и добавил:

— Проходите, комсомолки! Не стесняйтесь и не бойтесь. Парни не кусаются, а собака на привязи.

Посторонился — проконтролировал, чтобы Торопова и Котова вошли во двор Прохоровых. Лена прошла мимо меня — я снова уловил запах «Иоланты». Аромат духов напомнил мне, что Варвара Сергеевна сегодня отсыпалась после ночной смены. Я взглядом отыскал Кирилла и Артура — парни сидели на лавке около летней кухни, под навесом, неподалёку от клумбы с пышным кустом пиона.

Прохоров прижимал к животу гитару, щурил глаза: смотрел на явившихся к нему в гости девчонок. Мой брат тоже заметил девиц — он замер с поднятой рукой: не донёс до своего рта уже изрядно покусанный бутерброд. Я поздоровался с соседями, прикрыл скрипучую калитку — будто отсёк комсомолкам путь к отступлению.

Озвучил комсомолкам имена парней.

Представил соседям девчонок:

— Это Лена. А это… её подруга.

— Наташа, — подсказала Торопова.

Прохоров брякнул гитарными струнами.

Кирилл кивнул — словно ответил на приветствие.

— Парни тоже готовятся к поступлению в МехМашИн, — сообщил я. — Нацелились на факультет экономики и организации машиностроительной промышленности, если они меня не обманули. Вполне возможно, что скоро мы все пятеро станем студентами одного института.

Развёл руками, пробежался взглядом по загорелым лицам вчерашних школьников.

— Так что вы наверняка сейчас найдёте, о чём побеседовать, — заявил я. — Не только о спасённых девицах, о самолётах и о десантниках. А я вас ненадолго покину. Вернусь домой за одеждой. Не буду смущать комсомолок своим голым торсом.

Я похлопал себя по груди, подмигнул парням.

— Общайтесь, мальчики и девочки, не стесняйтесь.

Уже шагал к калитке, когда услышал за спиной голос брата.

— О каких ещё девицах и самолётах? — сказал Кирилл.

Дома я натянул на себя тельняшку. В угоду нынешней моде заправил её в брюки. Затянул поясной ремень.

Вынул из холодильника торт и прикрыл его подготовленным ещё вчера колпаком из газеты «Правда».

Из соседского двора доносились мужские и женские голоса, когда я вышел из дома и повесил на дверь замок. Отметил, что комсомольцы быстро нашли общий язык.

Сунул ключ от замка под камень у порога.

С тортом в руках я направился в гости к Варваре Павловой.

Ещё по пути к дому Павловых я взглянул на часы и прикинул, что Варвара Сергеевна уже наверняка проснулась.

— Точно проснулась, — пробормотал я.

Потому что с дороги услышал, как в Варином дворе грозный мужской голос прокричал:

— Варвара, открой! Открывай, я тебе говорю!..

Ещё по голосу я определил, что сегодня в гости к Варваре Сергеевне явился не Степан Кондратьевич.