— Тебе здорово попадет? — на всякий случай уточнила я, наблюдая, как ард уверенно приканчивает остатки своей порции.

Не то, чтобы я за него переживала, просто любопытство одолело.

— С чего бы? — хмыкнул он. — Аварийная система на то и аварийная, чтобы ею пользоваться при форс-мажорах.

— А за то, что объявился не сразу? — уже всерьез заинтересовалась я.

— Сразу мне было немножко не до того. Время на восстановление энергопотерь зашито в протокол, рыжая. С момента моей экстренной эвакуации системщики мониторили сеть и ждали, пока я проявлюсь. При данных обстоятельствах, моя обязанность — восстанавливаться, в первую очередь. А во вторую — сидеть на… хм… сидеть ровно, и ждать, пока наши за мной явятся. Еще вопросы?

— Никак нет! — бодро отрапортовала я.

— Вот и хорошо! А то это, вообще-то, секретная информация…

— …которую ты мне разболтал! — жизнерадостно поддакнула я. — Какая там у вас это статья?

Ага, так я тебе и поверила, балабол!

— Самая страшная. Трибунал, расстрел, колесование…

Закатив глаза, я сдалась, сунула в холодильник недоеденный стейк, пристроив тарелку поверх чего-то в вакуумной упаковке, мимоходом ужаснулась тому, сколько же ард жрет, и занялась мытьем посуды.

Все честно, он готовил — я убираю!

Ночь прошла… беспокойно. Насыщенно. Жарко.

Под утро я отрубилась, провалившись в сон, как в колодец, а когда проснулась, арда уже не было. Он отбыл так же внезапно, как и явился, оставив после себя приятную сытую усталость, интересную натертость в чувствительных местах и забитый холодильник.

Когда на следующий день на мой адрес уже знакомый курьер доставил шикарный букет цветов в корзине, я не знала, как к этому отнестись.

— Ты даже представить себе не можешь, сколько их у тебя еще будет, таких мальчиков! — строго выговаривала мне мама, переводя в другую школу, когда в третьем классе я увлеклась «неподходящим» одноклассником, задирой и хулиганом Чейзом Бравзом, но я только рыдала, уверенная, что мама разрушила любовь всей моей жизни.

Права была мама, думала я, тоскливо обводя взглядом макушки своих третьеклашек, склонившихся над учебными терминалами в муниципальной школе города Кронбурга.

С третьего курса всем студентам, претендующим на получение высокого звания «педагог начальных классов» приходилось отбывать обязательную двухнедельную практику, и я тихо радовалась, что мои две недели подходили к концу.

Нет, я неплохо ладила с детьми, да и с обязанностями, в целом, справлялась. И если старшеклассники меня бы сожрали, то для младших классов я была авторитетом, но…

Не тем я мечтала заниматься всю жизнь. И чем дальше, тем чаще я думала о том, что тогда, три года назад, в спорах с родителями, мне следовало проявить больше настойчивости, не позволить себя убедить и поступить по-своему.